Разное

Векселя мефо: Мефо-вексель — Традиция

22.09.2021

Содержание

Мефо-вексель — Традиция

Мефо-вексель (нем. Mefo-Wechsel) — векселя Металлургического научно-исследовательского общества (нем. Metallwirtschaftliche Forschimgsgesellschaft — Mefo), выпускаемые для финансирования оборонной промышленности Третьего рейха в 1934‒1938 гг. За счет эмиссии Мефо-векселей было профинансировано около 45 % всех военных расходов.[1]

Прототипами Мефо-векселя были Оффа-векселя, выпускаемые с середины 1932 года, и модель двухконтурного денежного обращения, принятая в СССР с началом индустриализации (1928).

Проблема и её причины[править]

В первой половине 1929 года комитетом экспертов о репарационных платежах Германии под председательством американского банкира Юнга и при участии в качестве второго американского делегата Моргана был принят «План Юнга». В сравнении с существовавшим ранее планом Дауэса план Юнга предоставлял Германии некоторые «послабления». Срок платежей был установлен в 59 лет, причем наивысшие ежегодные платежи не превышали 2 млрд марок.

[2]

Для целей реализации плана Юнга в Базеле в 1930 году был образован Банк международных расчетов (БМР, впоследствии переименованный в существующий и поныне «Международный валютный фонд). Устав БМР подписали представители центральных банков Англии, Франции, Бельгии, Италии, Германии, трех частных банков США — «Д. П. Морган энд компани», «Фёрст нэшнл бэнк оф Нью-Йорк» и «Фёрст нэшнл бэнк оф Чикаго» — а также частные банки Японии. Первым президентом БМР стал банкир из клана Рокфеллеров Гейтс Макгарра.[3]

13 марта 1930 г. Гинденбург поставил свою подпись под планом Юнга, передав Рейхсбанк и экономику страны под управление БМР. По этому поводу Розенберг писал в «Беобахтер»: «Без всякой сентиментальности мы констатируем, что президент фон Гинденбург порвал с Германией и принял решение в пользу колонии Юнга. Поэтому пробуждающаяся Германия в свою очередь рассталась с ним

». А Грегор Штрассер хладнокровно заявил в парламенте: «Мы потребуем перед государственным трибуналом грядущей Третьего Рейха голов тех, которые подписали план Юнга и связанные с ним законы, игнорируя при этом жизненные необходимости немецкого народа». Председатель Рейхсбанка Яльмар Шахт отказался подписать план Юнга и вышел в марте 1930 г. в отставку. Его сменил Ганс Лютер (с приходом Гитлера к власти председателем Рейхсбанка 17 марта 1933 г.[4] был вновь назначен Шахт).[2]

В условиях экспорта в Германию экономического кризиса, раздутого процентными спекулянтами США, 9 января 1932 года глава правительства Брюнинг заявил, что Германия больше не в состоянии платить по репарациям,[5] в связи с этим были введены жесткие дефляционные меры экономии и ограничен размер долгосрочных государственных инвестиций (за счет эмиссии Рейхсбанка) — не более 400 млн. RM, то есть

развитие экономики Германии было запрещено. Здесь следует ещё учесть еще одно обстоятельство — в 1933 году на все товары, произведенные в Германии, был объявлен всемирный экономический бойкот.

К 1934 году Яльмаром Шахтом был разработан «Новый план», который должен был исправить кризисное положение в экономике и финансах страны. Был объявлен полный мораторий на все иностранные долги. Каждая внешнеторговая операция должна была быть одобрена государственными учреждениями (стопроцентный контроль внешней торговли), импорт продовольствия был урезан в пользу импорта сырья и оборудования для промышленности, вывоз капитала запрещен, дивиденды корпораций были ограничены. Уход от ограничений, наложенных законом на предельный государственный долг Рейхсбанка был обойден с помощью векселей «Мефо».

[6]

Механизм обращения[править]

В мае 1933 года четыре большие известные немецкие компании с рейтингом ААА, а именно Siemens, Gutehoffnungshütte, Krupp и Rheinmetall учредили Металлургическое научно-исследовательское общество Metallurgische Forschungsgesellschaft mbH — Mefo с уставным капиталом в размере одного миллиона рейхсмарок . Компания была фиктивной и занималась только эмиссией и учетом векселей, её правление состояло из представителей министерства обороны и Рейхсбанка,[7] поручителем по векселям выступало государство. [4] Векселя не фигурировали ни в бюллетенях национального банка, ни в государственном бюджете, что позволяло сохранить в секрете масштабы перевооружения Германии.

Механизм обращения векселей Мефо.

Предприятия, производящие военную продукцию получали в качестве оплаты «векселя Мефо». Эти векселя с одной стороны использовались как средство платежа, а также как активы в капитале компаний и инвестиционный инструмент с годовой процентной ставкой 4 %. Векселя выпускались с погашением в шесть месяцев, но дата погашения могла быть неоднократно продлена.

Выпуск Мефо по сути явился наиболее дешевым кредитом, полученным государством на внутреннем рынке. Векселя, снабженные теперь двумя «первоклассными» подписями, могли — по крайней мере формально — рассматриваться как торговые векселя, акцептованные банком, и следовательно, могли приниматься или учитываться государственным банком.

Резервов Рейхсбанка для переучет всех векселей эмитированных MEFO GmbH было недостаточно, поэтому эксперимент с Мефо был рискованным и правительство стремилось к тому, чтобы расчеты за выпущенную продукцию осуществлялись в самом MEFO GmbH, а регресс к Рейхсбанку производился только в исключительных случаях (например, для выдачи наличными заработной платы).

Банки или промышленные фирмы, имевшие такие векселя, могли в любое время погасить их в государственном банке; для государственного же банка они служили основой для эмиссии кредитных билетов. Как правило, в вексельных портфелях банков не находилось даже и половины векселей, так как они благодаря своей надежности и легкости удовлетворения по ним, гарантированными самим государством, охотно покупались предпринимателями, видевшими в них средство краткосрочного помещения своих свободных капиталов.

Векселям Мефо предшествовали так называемые векселя трудоустройства, введенные с осени 1932 года президентом государственного банка Лютером для финансирования общественных работ государственного масштаба.[2]

За период 1932‒1937 гг. промышленное производство выросло на 102 %, национальный доход удвоился, безработица упала до 1 млн, что расценивалось многими как экономическое чудо.[8]


Военные расходы Германии с 1934 года до 31 августа 1939 года по всем трем видам вооруженных сил, в том числе и расходы, связанные с увеличением вооружений, составили 60 млрд марок. В этот же период общие бюджетные расходы Германии равнялись 101,5 млрд марок, то есть военные расходы составляли 59,1 % этой суммы.

Налоговые сборы дали в общей сложности 62,2 млрд марок. Их вполне хватало для финансирования гражданского сектора (41,5 млрд.), и, кроме того, оставалось еще 20 млрд марок на покрытие военных издержек. Еще одна треть военных расходов (20 млрд марок) покрывалась «прочими хозяйственными сборами», то есть за счет прибылей железных дорог, почтовых сборов, доходов государственного банка и т. д., а также за счет кредитов, выдаваемых в первые годы в виде краткосрочных, а позднее—долгосрочных долговых обязательств. Сборы для покрытия последних 20 млрд марок военных расходов представляли наибольшие трудности, именно здесь вначале были использованы «векселя Мефо».

За три бюджетных года (с 1934 по 1937 год) векселей Мефо было выдано на общую сумму 12 млрд марок:

  • в 1934 году — 2,14 млрд,
  • в 1935— 2,72 млрд,
  • в 1936 — 4,45 млрд и
  • в 1937 — 2,69 млрд марок. [9]

Законом от 10 февраля 1937 г.[10] Рейхстаг провозглашает полный суверенитет германского рейха над Рейхсбанком и немецкими железными дорогами Reichsbahn. Ограничения БМР устранены. С 1 апреля 1938 года выпуск Мефо был прекращен. Финансирование вооружений должно было с этих пор осуществляться за счет обычных поступлений (на текущие расходы) и за счет займов (на чрезвычайные военные расходы). Долг по векселям Мефо должен быть погашен в течение следующих 17 лет. Остатки по долгам векселей Мефо:

[7]

  • в 1938 г. — 11,9 млрд. RM
  • в 1939 г. — 11,4 млрд. RM
  • в 1940 г. — 10,8 млрд. RM
  • в 1941 г. — 10,1 млрд. RM
  • в 1942 г. — 9,5 млрд. RM
  • в 1943 г. — 8,8 млрд. RM
  • в 1944 г. — 8,1 млрд. RM

Обвинения в мошенничестве[править]

Довольно часто Шахта упрекали в том, что выпуск Мефо являлся мошенничеством. Логика же Шахта была такова: если имеются неиспользованные заводы, оборудование и запасы, должен быть также неиспользованный капитал, залежавшийся в предпринимательских концернах. Изъять этот капитал посредством выпуска государственных займов не представлялось возможным. Вера людей в способность государства платить была подорвана прежними правительствами. Предстояло найти новый механизм, который бы обеспечил увеличение объема денежной массы, и этот механизм — Мефо. За четыре года, общее число Мефо-векселей выросло до 12 миллиардов марок, и 8 миллиардов из этой суммы смогли полностью поглотиться рынком без обмена в Рейхсбанке.

Впоследствии, уже после разгрома Третьего рейха, Высший административный суд Гамбурга отказался от формулировки, что «Мефо-векселя» являлись аферой и жульничеством: «… в связи с государственными мерами по созданию рабочих мест система Мефо-векселей была хорошо приспособлена для осуществления этой цели. Она образовывала реальную основу для преодоления экономической депрессии. Имперский банк действовал в соответствии с требованиями здравого смысла».[11]

Дальнейшее совершенствование механизмов оплаты[править]

В течение переходного этапа имперское кредитное управление выпускало так называемые «денежные переводы за поставку». Это означало, что фирмы, производящие вооружение, получали при выполнении государственных заказов вместо наличных денег денежные переводы сроком на 6 месяцев, в течение которых они могли «закладывать» их в государственном банке, то есть под залог этих переводов брать ссуды. В 1938 году таких денежных переводов было выдано на сумму 6,5 млрд марок. В 1939 году было открыто новое средство финансирования — так называемые налоговые квитанции. 40 % своих заказов государство оплачивало не наличными деньгами, а налоговыми квитанциями; в свою очередь подрядчики при расчете со своими поставщиками также на 40 % расплачивались этими квитанциями. Их было выдано на общую сумму 4,8 млрд марок. Государственный банк принимал их так же неохотно, как и денежные переводы за поставки. Оплата денежных переводов и уменьшение налоговых сборов, происшедшее в связи с тем, что часть налогов стала оплачиваться квитанциями, потребовали увеличения государственного кредита, который и без того почти целиком уходил на финансирование основной части вооружений.

Благодаря ряду мероприятий рынок капиталов несколько упорядочился. К этим мероприятиям относятся, во-первых, консолидация, то есть сосредоточение невыплаченных коммунальных долгов путем выпуска долгового займа, и, во-вторых, введение закона о займодержателях, который, кроме обеспечения определенных дивидендов, разрешал помещение сумм с твердым процентом. В связи с этим значительно расширился долгосрочный кредит.[9]

Современное использование опыта Мефо[править]

В настоящее время функциональным клоном векселей Мефо является система расчетов между национальными банками Еврозоны и планирования постоянной инфляции TARGET2.[12][13]

Механизм обращения еврообязательств TARGET2.

Текст:Шверин фон Крозиг:Как финансировалась Вторая мировая война — Традиция

С древних времен и до настоящего времени источники финансирования войн менялись в зависимости от обстановки и особенностей воюющих стран.

  1. Первоначальной формой финансирования войн была военная добыча. Ее значение в несколько измененном виде сохранилось и до сегодняшнего дня. Вместо сложной системы складов, которая во времена Фридриха Великого обременяла войска и затрудняла походы, Наполеон ввел организованный метод снабжения войск за счет оккупированной территории. Военные контрибуции, денежные и натуральные налоги с населения занятых районов играли немалую роль и в последней войне.
  2. Долгое время одним из важнейших источников финансирования войн оставалась военная казна. Так, например, золотой запас, который Фридрих Вильгельм I оставил своему сыну, позволил великому прусскому королю вести свои первые войны. Наполеон с большой гордостью показывал миллионы золотых франков, собранные им в подвалах французского Национального банка для войны с Россией. Еще одним примером того, что золотой запас является основным источником финансирования войн, может служить тот факт, что именно перед первой мировой войной Германия собрала весь свой золотой запас в крепости Шпандау.
  3. Иногда единственными предпосылками для вступления той или иной страны в войну были субсидии, то есть денежная и материальная помощь союзных и дружественных стран. Именно они заставили великого курфюрста во второй половине своего правления присоединиться к одной из воюющих держав. Эти средства сыграли значительную роль и в первой мировой войне в виде тех займов, которые Америка предоставляла своим союзникам.
  4. Такая форма финансирования, как налоги, своим происхождением вообще обязана войне. В Афинах и Риме «прямые» налоги собирались только во время войны. Спор из-за военного налога стоил головы английскому королю Карлу I. В последнее время военный налог стал незаменимым средством военного финансирования.
  5. С тех пор как финансирование войны вообще стало проблемой, одним из наиболее существенных его источников стал кредит. Карл V, например, целиком зависел от нюрнбергских банкиров Фуггеров.[1] Современная финансовая система позволяет государству погашать свои долги выпуском внутренних займов и размещением их среди населения. Таким образом, кредит превратился в важнейшее средство финансирования войн.
  6. Инфляция имеет более древнее происхождение, чем мы привыкли думать. Средство, которое средневековые князья и герцоги применяли для того, чтобы всякими махинациями увеличить количество серебряных денег в своей казне, Фридрих Великий планомерно использовал для финансирования семилетней войны. Однако неограниченная эмиссия денежных знаков стала возможной, вероятно, только в современном финансовом хозяйстве.

До тех пор пока войны не стали охватывать весь народ и всю экономику страны, военные издержки составляли лишь довольно умеренную часть всего народного дохода и народного достояния. «В старое доброе время» ограниченность имеющихся средств финансирования войны создавала непреодолимую преграду для ее развязывания или продолжения. Война 1870—1871 годов была последней европейской войной, в которой существовавшие до сих пор старые представления и методы финансирования имели еще какой-то вес. Никто не мог предположить, что уже следующая война внесет в эту область существенные изменения.

Профессора национальной экономики, банкиры и офицеры генерального штаба в 1914 году считали, например, что длительная война по финансовым соображениям невозможна. Можно сказать, что и в будущем трудности, связанные с финансированием войн, будут служить основным тормозом развития войн.

Изменения, вызванные первой мировой войной[править]

Мировая война 1914—1918 годов опровергла все предсказания. Развившись в «тотальную войну», она довела военные расходы до размеров, считавшихся дотоле невозможными, втянула в борьбу все крупные государства и продолжалась более 4 лет.

Германия в финансовом отношении вступила в первую мировую войну неподготовленной. Финансового «мобилизационного плана» не было. Поскольку на длительную войну не рассчитывали, существовавшая система налогов в основном осталась без изменений. Эта система осложнялась всем государственно-правовым устройством Германии, так как земли, входившие в состав империи, имели право на сбор прямых налогов, и поэтому до 1919 года империя получала от земель только так называемые «матрикулярные» взносы и практически находилась на иждивении этих земель. Тяжелые последствия военного поражения заставили Эрцбергера провести финансовую реформу, которая изменила финансовые взаимоотношения между государством и входящими в его состав землями, которые с этого времени стали «пансионерами» центрального финансового аппарата, получая лишь свою долю от различных переводных налогов, от налога с оборота, подоходных налогов и налогов с корпораций. Упорная борьба, которую центральное правительство вело за большее участие империи в прямых налогах земель, к решающему успеху не привела. Даже умный Хельферих, будучи секретарем имперского казначейства, тешил себя и других той иллюзией, что бремя военных издержек можно возложить на побежденного. И только горький опыт войны помог убедиться в том, что это мнение было глубоко ошибочным и что репарации не только дезорганизуют хозяйство побежденной страны, выплачивающей их, но и приводят к тому, что страна, получающая репарации, оказывается вынужденной помогать побежденной стране субсидиями и кредитами, так как ее экономика оказывается ослабленной вследствие платежей и демонтажа предприятий.

Эти ошибочные взгляды на финансирование войны привели к тому, что во время первой мировой войны Германия имела возможность покрывать налогами только 12 % военных расходов, и потому кредиты были превращены в главный источник финансирования войны. Для покрытия военных издержек были выпущены займы на общую сумму 99 млрд марок и выданы краткосрочные долговые обязательства (векселя) на сумму 55 млрд марок. Технически это осуществлялось таким образом: казначейство для оплаты расходов выпустило на рынок так называемые казначейские векселя, а затем погашало их выручкой от периодических займов. В начале войны военные займы имели в финансово-политическом отношении большой успех. Первый заем, выпущенный в сентябре 1914 года на сумму 4,5 млрд марок, вдвое превышал крупнейший в истории финансов французский заем, выпущенный в июле 1872 года. Сумма займов постоянно увеличивалась и достигла в марте 1918 года, когда был выпущен восьмой заем, максимальной цифры 15 млрд марок. Но, к несчастью, расходы росли еще быстрее. Если вначале поступлений в казну было достаточно, чтобы выкупать все выданные векселя, то с повышением издержек все большее и большее количество векселей оставалось неоплаченным.

Таким образом, доля краткосрочного кредита в финансировании увеличивалась из года в год. Еще большую опасность представляло увеличение числа невыкупленных векселей, а поскольку они не могли быть проданы на рынке, имперский банк обязан был принимать их назад. Это стало возможным благодаря изданному в начале войны закону, изменившему существующее положение об оплате имперских банкнот. Банкнота стала обеспечиваться на 40 % золотом и на 60 %—торговыми векселями, то есть такими векселями, основой которых является частнохозяйственное производство. Этот закон сделал возможным обеспечение векселей имперскими долговыми обязательствами. До тех пор пока размеры эмиссии банкнот определяются торговыми векселями и, следовательно, общим объемом производства, количество денег, находящихся в обращении, соответствует действительной экономической потребности. Если вместо торговых векселей на арену появляются государственные долговые обязательства, то ограничения эмиссии отпадают. Количество денег, находящихся в обращении, должно соответствовать потребности государства в деньгах, а государство теперь стремилось покрыть спрос выпуском бумажных денег в размерах долговых обязательств, принимаемых эмиссионным банком. Таким образом, закон от августа 1914 года открыл путь к инфляции. Чем больше неоплаченных и не находящих сбыта на рынке векселей вынужден был принимать государственный банк и вместо них печатать банкноты, тем большее количество денег становилось фактически обесцененным.

Инфляция как средство неограниченного финансирования войн была в финансово-экономическом отношении одним из основных «достижений» первой мировой войны. Опасение, что длительная война невозможна по финансовым соображениям, исчезло, однако средство, благодаря которому удалось продолжать войну, оказалось гибельным.

Большие изменения, происшедшие в методах ведения и финансирования войны, привели к осознанию того, что, во-первых, финансовый фактор уже не является решающим для ведения войны и что, во-вторых, современная война не может финансироваться без известной степени инфляции. Война отбросила финансовый тормоз и обесцениванием денег произвела революцию в экономической, общественной и политической жизни страны. Обе эти тенденции целиком и полностью распространяются и на процесс вооружения страны, если он проходит в больших масштабах.

Вооружение Германии перед второй мировой войной[править]

Военные расходы Германии с 1934 года до 31 августа 1939 года по всем трем видам вооруженных сил, в том числе и расходы, связанные с увеличением вооружений, составили 60 млрд марок. В этот же период общие бюджетные расходы Германии равнялись 101,5 млрд марок, то есть военные расходы составляли 59,1 % этой суммы.

Налоговые сборы дали в общей сложности 62,2 млрд марок. Их вполне хватало для финансирования гражданского сектора (41,5 млрд.), и, кроме того, оставалось еще 20 млрд марок на покрытие военных издержек. Еще одна треть военных расходов (20 млрд марок) покрывалась «прочими хозяйственными сборами», то есть за счет прибы-лей железных дорог, почтовых сборов, доходов государственного банка и т. д., а также за счет кредитов, выдаваемых в первые годы в виде краткосрочных, а позднее — долгосрочных долговых обязательств. Сборы для покрытия последних 20 млрд марок военных расходов представляли наибольшие трудности. Здесь вначале был использован так называемый «вексель Мефо», относительно которого было довольно много споров. Металлургическое научно-исследовательское общество, членами которого были важнейшие военнопромышленные фирмы Круппа, Сименса и др., соглашалось принимать к оплате векселя, предъявляемые поставщиками оружия, выполнявшими государственные заказы. Векселя, снабженные теперь двумя «хорошими» надписями, могли — по крайней мере формально — рассматриваться как торговые векселя, допущенные банком, и, следовательно, могли приниматься или учитываться государственным банком. Банки или промышленные фирмы, имевшие такие векселя, могли в любое время погасить их в государственном банке; для государственного же банка они служили основой для эмиссии кредитных билетов.

Как правило, в вексельном портфеле государственного банка не находилось даже и половины векселей, так как они благодаря своей надежности и легкости удовлетворения по ним, гарантированными самим государством, охотно покупались предпринимателями, видевшими в них средство краткосрочного помещения своих свободных капиталов.

Векселям Мефо предшествовали так называемые векселя трудоустройства, введенные с осени 1932 года президентом государственного банка Лютером для финансирования общественных работ государственного масштаба. Один из ответственных сотрудников государственного банка—тайный советник Шнейдер—считал, что векселя Мефо не противоречат финансовым законам. Конечно, по форме эти векселя представляли собой обычные товарные векселя, но по существу являлись финансовыми бумагами. Хотя по своему характеру они и не были безупречными, однако в тех условиях они считались незаменимыми для финансирования вооружений.

За три бюджетных года (с 1934 по 1937 год) векселей Мефо было выдано на общую сумму 12 млрд марок, причем в 1934 году—2,14 млрд, в 1935—2,72 млрд, в 1936— 4,45 млрд и в 1937—2,69 млрд марок. С 1 апреля 1938 года их выпуск был прекращен. Финансирование вооружений должно было с этих пор осуществляться за счет обычных поступлений (на текущие расходы) и за счет займов (на чрезвычайные военные расходы). В течение переходного этапа имперское кредитное управление выпускало так называемые «денежные переводы за поставку». Это означало, что фирмы, производящие вооружение, получали при выполнении государственных заказов вместо наличных денег денежные переводы сроком на 6 месяцев, в течение которых они могли «закладывать» их в государственном банке, то есть под залог этих переводов брать ссуды. В 1938 году таких денежных переводов было выдано на сумму 6,5 млрд марок. В 1939 году было открыто новое средство финансирования—так называемые налоговые квитанции. 40 % своих заказов государство оплачивало не наличными деньгами, а налоговыми квитанциями; в свою очередь подрядчики при расчете со своими поставщиками также на 40 % расплачивались этими квитанциями.

Их было выдано на общую сумму 4,8 млрд марок. Государственный банк принимал их так же неохотно, как и денежные переводы за поставки. Оплата денежных переводов и уменьшение налоговых сборов, происшедшее в связи с тем, что часть налогов стала оплачиваться квитанциями, потребовали увеличения государственного кредита, который и без того почти целиком уходил на финансирование основной части вооружений. Благодаря ряду мероприятий рынок капиталов несколько упорядочился. К этим мероприятиям относятся, во-первых, консолидация, то есть сосредоточение невыплаченных коммунальных долгов путем выпуска долгового займа, и, во-вторых, введение закона о займо-держателях, который, кроме обеспечения определенных дивидендов, разрешал помещение сумм с твердым процентом. В связи с этим значительно расширился долгосрочный кредит. Когда началась война, в технике финансирования не требовалось производить никаких изменений. Некоторый опыт финансирования вооружений уже имелся. Нужно было только расширить его.

Возложенные на Германию по плану Дауэса финансовые обязательства, основанные на международном праве (репарационный план Дауэса предусматривал независимость государственного банка при условии соблюдения установленных размеров кредита и норм оплаты векселей государственной казны), не были изменены и в 1929 году с принятием нового плана — плана Юнга. Даже конференция по вопросу о репарациях, состоявшаяся в 1932 году в Лозанне, не смогла их отменить. Новое положение о немецких банках, появившееся в 1937 году, устраняло вначале только независимость государственного банка и ликвидировало полномочия Базельского международного банка распоряжаться внутренними делами немецких банков. Однако все ограничения, наложенные на эмиссионный банк в вопросах предоставления государственного кредита, были сняты только законом о государственном банке, изданном 15 июня 1939 года. В финансово-политическом отношении этот закон был подобен закону от августа 1914 года: он расчистил путь для инфляции.

Система централизованного управления экономикой[править]

Тотальная война требует централизованного управления производством. Во время войны Германия не нуждалась в создании новой организации, так как вся экономическая система, которая была неразрывно связана с финансовой политикой, могла быть оставлена без изменений. Еще до войны процесс централизации руководства экономикой характеризовался рядом этапов. Так называемый «Новый план» 1934 года поставил внешнюю торговлю под государственный контроль; в том же году вся экономика была разбита на 7 «имперских групп», причем каждое предприятие должно было административно принадлежать к одной из этих групп; с введением четырехлетнего плана в 1936 году государственное управление хозяйством подверглось еще большему укрупнению. С этого времени особое значение приобрело централизованное распределение важнейших видов сырья. Таким образом, когда закончился период подготовки к войне и довоенное хозяйство стало военным, создавать новые учреждения было уже некогда, нужно было более полно использовать то, что уже имелось. Перевод экономики на военные рельсы был осуществлен при помощи регулирования производства и сбыта товаров, правильного распределения сырья, четкого руководства всеми работами и запрещения новых капиталовложений в определенные отрасли мирной промышленности. Необходимое для промышленности сырье, главным образом сталь, распределялось по отдельным отраслям промышленности, что сильно ограничивало частное предпринимательство. Сокращение потребления населения осуществлялось не путем повышения налогов или, как в первую мировую войну, путем повышения цен, а новым способом, заключавшимся в том, что на все основные предметы обихода были установлены строгие нормы расхода, а покупательная способность населения обеспечивалась системой твердых (низких) цен.

Введение твердых цен и замораживание заработной платы[править]

Форсированный темп вооружения привел к тому, что в Германии еще за несколько лет до войны стали появляться тенденции к повышению цен и явления дефицита некоторых товаров. Поэтому в 1936 году была учреждена должность специального комиссара по ценам, который не только контролировал, но и устанавливал цены на важнейшие товары.

Повышение цен запрещалось законом и допускалось лишь в исключительных случаях с разрешения этого комиссара.

Одновременно было предпринято и замораживание заработной платы. Чтобы сделать продукты питания дешевле, государством были введены специальные надбавки к заработной плате. В ходе войны эта система непрерывно расширялась и укреплялась. Распоряжение от 4 сентября 1939 года предписывало производство всех расчетов и установление Цен проводить по так называемому «принципу хозяйствования в военное время». Этот принцип сохранял свою силу в течение всей войны. Только на молоко, птицу и яйца государственные надбавки к заработной плате составили 1 млрд марок в год. Если до войны цены на товары внутри Германии были выше цен, существовавших за границей, и поэтому при ввозе товаров образовывалась некоторая «шлюзовая прибыль» (цены на ввозимые товары поднимались до уровня цен, существовавших на внутреннем рынке страны, а разница составляла доход государства), то в ходе войны цены на товары за границей стали выше внутригерманских цен, поэтому теперь цены на внутреннем рынке приходилось выравнивать уже в ущерб государству.

Внешне система замораживания цен и заработной платы вполне себя оправдала. Уровень (индекс) оптовых цен поднялся к июню 1944 года только на 9 %, уровень жизни— на 12 %, заработная плата—на 11 %. Но цены потеряли свою регулирующую функцию. Ее стала выполнять карточная система. В связи с увеличением доходов тех слоев населения, которые в период войны впервые поступали на службу (старики, домашние хозяйки, служанки), и в связи с ограничением потребления, которое было вызвано введением карточной системы, покупательная способность населения стала увеличиваться. В ходе войны приобрела большое значение проблема «блуждающей покупательной способности», которую в дальнейшем мы рассмотрим более подробно. До конца 1942 года финансирование войны за счет инфляции, то есть за счет печатания большего количества банкнот, чем нужно, не превышало допустимых пределов. Кредитные возможности эмиссионного банка, узаконенные в 1939 году, использовались очень осторожно. Но с ухудшением военной обстановки росли и трудности в области финансовой политики.

С середины 1944 года началось быстрое и угрожающее развитие инфляции. Растущее недоверие населения к создавшемуся положению привело к массовому изъятию банковских вкладов и сильно подорвало денежную валюту, которая стала теперь терять свои функции и была заменена «валютой материальных ценностей», а с 1945 года—»сигаретной» и другой валютой. Ни твердые цены, ни замороженная заработная плата не могли спасти положение. В последние месяцы войны появились все признаки полной инфляции. Избыток покупательной способности в конце войны составлял 200 млрд марок. В этом положении запрет повышения цен в сущности сводился к простой маскировке инфляции.

Финансовое обеспечение производства вооружений В области сбыта военной продукции регулирование цен дало положительные результаты. Вначале, согласно «Положению о регулировании цен при общественных заказах», критерием цен служила себестоимость. С конца 1941 года внедрился метод «единых и групповых цен», когда критерием стала уже не себестоимость, а производительность с учетом опытных цен прежних затрат. В конце 1944 года для 22 тыс. наименований военной продукции была введена групповая цена. Это мероприятие имело такой успех, что с середины 1942 года увеличение военных расходов резко замедлилось. Этому способствовало также и другое обстоятельство.

Чтобы оказать военным заводам при их расширении и перемещении финансовую помощь, были созданы, большей частью еще до войны, особые институты финансирования: например, в армии—Военно-кредитное акционерное общество, выдававшее кредиты для военных заказов; в военно-морском флоте—Германское акционерное общество промышленного банка, которое финансировало заказы для морского флота; в авиации—Банк германского авиационного акционерного общества, финансировавший и контролировавший авиационную промышленность; в министерстве вооружений—Акционерное общество вооружений, которое руководило использованием промышленного оборудования и оплачивало расходы, связанные с перемещением предприятий. В 1942 году метод финансирования изменился. Поставщики, набравшие «жира» еще в период подготовки к войне и благодаря военным заказам значительно увеличившие производительность своих предприятий, должны были теперь полностью финансировать свое производство из собственных капиталов или же прибегать к банковским кредитам. За счет этого государство ежемесячно экономило до 800 млн марок.

Покрытие военных издержек[править]

Военное финансирование может осуществляться как за счет имеющихся, так и вновь производимых ценностей. И те и другие составляют основу для денежного покрытия военных расходов. Это положение нарушается только инфляцией. Для покрытия финансовых издержек во время войны имеется три основных источника.

1. Народный доход. После того как удовлетворены текущие потребности государства, а также произведены расходы, связанные с новыми капиталовложениями, содержанием населения и потреблением гражданского сектора, народный доход может быть целиком использован для покрытия военных нужд. Как показал опыт, расходы на новые капиталовложения и на содержание населения составляли 10 %, а на текущие потребности государства—15 % общей суммы народного дохода. Народный доход в 1938 году составил в старых границах империи 80 млрд марок (включая Австрию и Судетскую область—88 млрд марок). На финансирование гражданского сектора и удовлетворение военных нужд в распоряжении имелось 66 млрд марок. Прожиточный минимум одного человека по тогдашним ценам равнялся приблизительно 300—400 маркам, что при 80-миллионном населении Германии составляло 25—30 млрд марок. Таким образом, на военные нужды оставалось максимум 40 млрд марок. В первый год войны, когда размеры народного дохода еще не успели существенно измениться, военные расходы Германии не превышали 38 млрд марок. К последнему году войны они поднялись до 1000 млрд марок.

2. Народное достояние. Большое значение для покрытия военных нужд имеет мобилизуемая часть народного достояния. В нее входят запасы товаров на складах, золото, ценные бумаги и т.  п. Немобилизуемые (недвижимые) ценности, то есть жилые дома и заводские помещения, могут быть косвенно использованы для финансирования войны благодаря тому, что в военное время отпадает необходимость их ремонта. Плачевное состояние наших жилых и заводских зданий в конце войны свидетельствует о том, как мало средств тратилось на их ремонт. В первую мировую войну по самой скромной оценке было мобилизовано 10 % всего народного достояния тех лет, составлявшего 350 млрд марок. Мобилизуемая часть народного достояния в начале второй мировой войны была несравненно меньше. Но если предположить, что и во вторую мировую войну мобилизуемая часть составляла 30—40 млрд марок, то эти средства в основном были получены за счет сокращения издержек на ремонт.

3. Иностранные займы и военные контрибуции. Германия не имела системы «ленд-лиза», которая обеспечила союзникам подвоз военных материалов из Америки, не создавая необходимости немедленной их оплаты. Не получала Германия и иностранных займов. Зато она широко использовала финансовые источники оккупированных областей. Из общих военных расходов Германии, составивших 683 млрд марок, 87 млрд были покрыты за счет платежей других государств. Эта сумма слагается из различных элементов. К их числу относятся следующие:

а) Германские кассовые кредитные билеты. Они являлись узаконенным средством платежей в оккупированных областях и служили для предварительного финансирования оккупационных расходов. Как только немецкие войска вступали в чужую страну, им сразу же требовалось какое-либо платежное средство. Германская марка в этих областях хождения не имела. Франков, гульденов и другой иностранной валюты у солдат не было. Вместо этого у них были так называемые германские кассовые кредитные билеты, которыми они и расплачивались. Получившие такие билеты обменивали их затем в своих эмиссионных банках. Выплата по этим билетам производилась в счет контрибуции, уплачиваемой оккупированной страной. С введением новой системы оккупационных расходов, согласно которой оккупированная страна должна была нести расходы, связанные с содержанием немецких войск в своей валюте, предполагалось, что кассовые кредитные билеты исчезнут совершенно. Если бы это было так, то эти «подвижные войска государственного банка» выполнили бы свою задачу. Но замена «оккупационных денег» платежными средствами оккупированной страны на практике происходила не так быстро и свободно как это предусматривалось теорией. Кассовые кредитные билеты текли в оккупированную страну в виде переводов полевой почты и карманных денег, привезенных войсками с Востока в оккупирванные районы Запада. Иногда это делалось незаконным путем, и поэтому при месячных подсчетах к оплате предъявлялись значительные суммы сверх оккупационных издержек.

В связи с этим военное командование, например в Бельгии, видя такое наводнение своей страны кредитными билетами, вынуждено было снять их с курса. Что касается России, то там они вообще не выкупались, поскольку на нее не было наложено никакой контрибуции. Войскам, находившимся в России, было выдано кредитных билетов на общую сумму 2,5 млрд марок, из которых по приблизительным подсчетам 300—400 млн марок «утекло» на Запад во время передислоцирования войск. В общей сложности не было выкуплено кредитных билетов на сумму в 3 млрд марок.

б) Оккупационные издержки, которые составили в общей сложности 66 млрд марок. Главная часть их падает на Францию, израсходовавшую на содержание оккупационных войск 31,6 млрд марок. С России, где расходы, связанные с оккупацией, составили 5,4 млрд марок, контрибуция не взималась. Там обходились невыкупленными кредитными билетами, а частично снабжением армии из продовольственных ресурсов страны и прибылью, получаемой восточными торговыми обществами, созданными специально для закупки товаров на оккупированной русской территории (900 млн марок). В постоянной борьбе за увеличение размеров контрибуции, взыскиваемой с той или иной страны, и за выделение сумм на расходы, не связанные с оккупацией, заинтересованные немецкие финансовые органы отнюдь не были едиными. В оккупированных районах Запада контрибуции, особенно в первое время, шли отчасти на финансирование военных заказов, размещенных в промышленности данной страны, а в основном—на закупку различного стратегического сырья и материалов, то есть на расходы, не связанные с оккупацией. Закупки, как правило, производились на «черном рынке». В германских верхах долгое время дебатировался вопрос о том, следует ли способствовать развитию черного рынка или нужно бороться с ним. В 1941 году главный штаб вооруженных сил приказал производить все выплаты на содержание войск, не находящихся в пределах оккупированной территории, не за счет оккупационных издержек, а по клирингу с возвратом в случае необходимости. В 1943 году в ответ на настойчивые ходатайства местных оккупационных властей и различных берлинских ведомств черные рынки были закрыты, по крайней мере официально.

На характер и способы взимания военных контрибуций оккупационные власти не оказывали почти никакого влияния. Оккупированные страны должны были разрешать те же самые проблемы, какие возникали у них при расходах на свое вооружение и свои собственные военные нужды, с той лишь разницей, что теперь они делали это не для собственной пользы, а для противника. Население относилось к этому либо пассивно, либо враждебно: оно мешало оккупационным властям проводить различные мероприятия, даже если в отношении финансовой политики они. были вполне целесообразными. Таким образом, контрибуции широко покрывались не за счет налогов, а более легким, но зато и более опасным путем, а именно эмиссией банковских билетов. Вследствие увеличившейся потребности оккупационных войск в валюте роковым образом увеличивалась и взимаемая контрибуция. Ограничить рост инфляции удалось лишь в немногих оккупированных областях.

в) Клиринговые расчеты. Между Германией и оккупированными областями была создана система клиринговых расчетов, которая с некоторыми странами существовала у нас еще задолго до войны. Смысл этих расчетов состоит в том, что должники делают определенные взносы в валюте своей страны в свою расчетную палату; эта палата расплачивается с кредиторами собственной страны, а расчетные палаты обеих заинтересованных стран рассчитываются между собой. По системе клиринга производились расчеты за все вывозимые из других стран товары, по ней же шла оплата переводов, отправляемых на родину иностранными рабочими, находившимися в Германии, и покрывались военные расходы оккупационных властей, не связанные с содержанием войск, причем подобные взносы могли по этой системе переводиться на текущие счета оккупационных властей той или иной страны. Согласно этой системе, немецкие ипортеры должны были делать соответствующие вклады в свою расчетную палату. В связи с ростом вывоза товаров из оккупированных стран и инфляционным раздуванием цен за границей (например, в Румынии цены поднялись в общем на 465 % по сравнению с довоенными) клиринговый долг Германии увеличился в общей сложности до 25,2 млрд марок. Поскольку расчетная палата больше принимала, чем выплачивала, а вся разница поступала в имперскую казну, то и клиринг являлся косвенным источником финансирования войны.

г) Матрикулярные взносы[2]и взносы союзных с Германией государств. Во время войны Чехословакия была обязана ежегодно делать так называемый матрикулярный взнос в общую имперскую казну. Сумма этих взносов составила 3,6 млрд марок. Польша выплатила 0,6 млрд марок в счет «взноса на военные издержки». После падения правительства Бадольо Муссолини заявил о своей готовности уплатить Германии «военный взнос» в сумме 12,6 млрд. (ежемесячно—0,7 млрд. ) марок. Клиринговый долг союзников Германии составлял в общей сложности 2,8 млрд марок.

Финансовые вклады оккупированных областей составили: в виде оккупационных издержек—66 млрд марок, невыкупленных кредитных кассовых билетов—3 млрд марок, клирингового долга—25,2 млрд марок, вывезенных золотых запасов—0,7 млрд марок (Бельгия, Голландия, Югославия) и в виде прочих платежей—5,1 млрд марок (сюда входят взносы Чехословакии и Польши, а также прибыль восточных обществ), что в общем равнялась 100 млрд марок, из которых 74 млрд были использованы непосредственно на финансирование войны.

Общий размер военных расходов В Германии не существовало строгого разграничения между военными и гражданскими расходами. Целый ряд расходов гражданских ведомств был в действительности военными расходами. Уровень военных расходов последних месяцев войны определить точно невозможно, так как большое количество платежей уже не попало в регистрационные книги государственного банка. Однако можно определенно сказать, что на 28 февраля 1945 года чисто военные расходы составляли 394 млрд марок, расходы на содержание семей погибших и пострадавших в войне—24 млрд марок, расходы на невоенные нужды—212 млрд марок. Таким образом, общие расходы Германии за тот же период составляют 630 млрд марок (в конце войны они повысились приблизительно до 670 млрд марок). Эти расходы, покрывались: на 33 %— из внутренних источников, на 12 %— взносами оккупированных и союзных государств и на 55 %— взиманием различных долгов. По годам войны они распределяются таким образом: в первый год войны расходовалось ежедневно 155 млн марок, а на пятый год—289 млн марок. Одновременно с этим, особенно с 1943 года, стали быстро расти и расходы на гражданские нужды, то есть расходы, связанные с содержанием семей военнослужащих, восстановлением объектов, разрушенных авиацией противника, эвакуацией и т. п. Только на компенсацию ущерба от воздушных бомбардировок было затрачено 23 млрд марок.

Проблема покрытия расходов[править]

Если не считать дополнительных источников финансирования (иностранные займы, контрибуции и т. п.), то основных питающих войну источников было только три: налоги, кредит и эмиссия денег. Часто говорят, что налогами облагается современность, а долгами—будущее. Однако это неверно. Потребности всякой воюющей армии могут быть удовлетворены только тогда, когда имеется какой-то запас, накопленный в прошлом, а промышленность производит новые материалы. Этот счет никак не может быть перенесен на будущее.

Вопрос о выборе между налогом и займом определяется мотивами социальной справедливости, валютной политикой и различными психологическими соображениями. Налог предполагает при наличии определенной системы тарифов равномерную финансовую нагрузку на все слои населения. Заем же всей своей тяжестью ложится преимущественно на тех лиц, которые имеют какие-то излишки доходов. То, что многим представляется как «перенесение сроков уплаты на будущее», есть не что иное, как обязательство, по которому после войны плательщики налогов должны будут уплатить государственным кредиторам по дополнительному счету. Вопрос о том, сохранит ли кредитор свои претензии в полном размере, остается во время войны открытым и окончательно разрешается только после войны при определении государственного долга. При установлении правильной границы между налогом и кредитом значительно более серьезной проблемой является, с одной стороны, забота о сохранении валютной ценности денег, а с другой—психологический учет сохранения производительности. Теоретически налог должен быть таким, чтобы исключить всякую возможность инфляции, а практически он не должен превышать той границы, после которой снижается интерес и платежная способность налогоплательщиков.

Инфляция как скрытая конфискационная форма имущественного налога, которая, однако, щадит «владельца имущества», является самой несправедливой формой финансирования. Выпуск бумажных денег в Германии во время войны держался вплоть до 1942 года в довольно сносных границах. С середины 1944 года наступило упомянутое выше резкое ускорение эмиссии денег. Опасность «перейти предел» в финансировании войны за счет усиления эмиссии могла быть устранена в первые годы войны некоторым, не слишком большим увеличением налогов. Этим путем надлежало покрыть до 7 % всех расходов. Возможное с финансово-теоретической точки зрения и наиболее целесообразное радикальное разрешение проблемы «блуждающей покупательной способности» в более поздние годы войны оказалось невозможным по психологическим причинам.

При резком повышении налогов, главным образом подоходного налога, работоспособность населения была бы парализована, а производительность труда значительно снижена. Эта же причина помешала использовать для привлечения всех имеющихся резервов личные и косвенные налоги, взимание которых не отразилось бы на производительности труда. В начале войны, правда, были введенытак называемые «военные надбавки» к подоходным налогам и к большим косвенным налогам (на табак, пиво, водку). Но эта практика была вскоре прекращена. Неоднократные попытки сильнее завинтить налоговую гайку привели только к введению «военной надбавки» к налогам на корпорации и к повышению косвенных налогов на табак и водку. Таким образом, проблема избыточной покупательной способности с ее роковыми последствиями, которые начиная с 1944 года превратились в настоящую опасность, осталась неразрешенной.

Налоговые сборы[править]

Доходы государства от налогов, составившие в 1933 году 6,9 млрд марок, в 1938 году благодаря экономическому подъему и улучшившейся технике сбора налогов поднялись до 17,8 млрд марок; один лишь сбор подоходного налога и налога на корпорации дал увеличение доходов с 1,5 млрд до 7,7 млрд марок. Эти налоги и во время войны продолжали оставаться главной статьей доходов. Максимальная цифра подоходного налога равнялась в 1944 году 14 млрд марок, а налог на корпорации в 1942 году принес государству 7 млрд марок. Проводимые наряду с этим вычеты из прибылей дали в 1942 году 1,3 млрд марок. Налог с оборота, составлявший несколько больше 4 млрд марок, оставался на протяжении всей войны примерно одинаковым. Сборы пошлин и косвенные налоги, из которых налог на табак был своего рода rocher de bronze,[3] в 1941 году достигли максимальной цифры 5,7 млрд марок. В общей сложности в 1942 году, который в истории финансирования этой войны явился поворотным пунктом, общие налоговые сборы были наивысшими и составили 43 млрд марок. Сюда же вошел и налог с квартирной платы, общая сумма которого равнялась 8 млрд марок. С этого времени налоговые сборы стали постепенно сокращаться. Если в 1939 году налогами было покрыто 42 % общих расходов, то в 1942 году ими было покрыто 33 %, а в 1944 году—только 19 %.

Размеры и значение государственного долга[править]

В конце 1932 года государственный долг Германии, то есть общая сумма всех внутренних и внешних, краткосрочных и долгосрочных долгов, составлял 8,5 млрд марок, или 15 % всех денег, находившихся в то время в обращении внутри страны. В 1939 году государственный долг поднялся до 47,3 млрд марок, или 43,3 % всех денег, а в конце войны вырос до 387 млрд марок, или 95 % всех денег, находившихся в обращении. В ходе войны долги Германии ежегодно увеличивались на 50—70 % по сравнению с предыдущим годом. Теоретически за счет займов можно удовлетворить только ту часть потребностей, которая относится к мобилизуемой части народного достояния.

Однако этим дело не ограничилось. О причинах упоминалось выше. Кроме того, во время войны было совершенно невозможно дать какие-то руководящие линии для правильного регулирования налогов и займов. Путь между Сциллой чрезмерного обложения налогами, снижающего производительность, и Харибдой инфляционного расширения кредита весьма узок. Во время войны Германия слишком далеко зашла по пути кредитов. Никакие займы и краткосрочные кредиты не смогли уничтожить излишнюю покупательную способность, они лишь заморозили ее, а она постоянно грозила оттаять. В связи с поступлением на работу представителей все новых и новых слоев населения, в связи с поддержкой семей военнослужащих и компенсацией ущерба, понесенного в войне, покупательная способность неимоверно выросла, а количество товаров было ограничено. Конечно, избыточная покупательная способность населения могла быть устранена налогами, однако это осуществлялось весьма нерешительно. Наконец, она могла быть поставлена в определенные рамки выпуском займов.

Как мы увидим позже, это удавалось, но не всегда. Избыток денег превращался в краткосрочные вклады, чтобы потом в любое время быть снова спрятанным в чулок или отнесенным на черный рынок. Поэтому и говорят, что во время войны покупательная способность «блуждала». И ни кредитная политика, ни контроль над ценами этой проблемы не разрешили.

«Бесшумное» обременение долгами[править]

Еще в период подготовки к войне характерным для немецкой кредитной политики было то, что она не обращалась к свободному рынку капитала. Она избегала «финансового плебисцита» и использовала вновь образующийся капитал непосредственно в местах его накопления. Превращение незанятых средств в государственные долговые обязательства проводилось по указаниям министра труда страховым кассам, министра экономики—переводному банку и управления социального обеспечения—частным благотворительным обществам.

В то время как казначейские денежные переводы находили сбыт в текущем биржевом обращении, главным образом в банках, реализация долгосрочных займов осуществлялась по соглашению с ведущими страховыми и сберегательными кассами путем широкой продажи облигаций и полисов без предварительного установления размеров займа. За период с 1935 по 1945 год этими организациями было размещено займов на сумму свыше 60 млрд марок, причем на долю сберегательных касс пришлось около 23 млрд марок.

Вкладчикам сберегательных касс оставался неведомым тот способ, при помощи которого они превращались в государственных кредиторов. Основана эта система была на стремлении трудящихся к накоплению и на замораживании цен. До 1943 года существовал другой способ, при помощи которого эквивалент принятых вкладов направлялся в виде пенсий и пособий солдатам и их семьям или становился заработной платой рабочих военной промышленности, а после покрытия необходимых издержек существования поступал обратно в банки и сберегательные кассы в виде вкладов и сбережений, и все начиналось сначала. Начиная с 1943 года население перестало посещать рынки и магазины, и деньги стали либо превращаться в сокровища, либо идти на черный рынок, но не в сберегательные кассы, отчего денежное обращение вскоре совершенно нарушилось. Когда в 1944 году беженцы и эвакуированные изъяли из касс свои сбережения, эта система кредитования потерпела полный крах, а инфляция, искусственно державшаяся до сих пор в определенных границах, стала быстро расти.

Из всех прочих форм финансирования войны особенно сложной формой получения кредитов была, пожалуй, введенная в 1941 году система так называемых «железных сбережений», где приращение достигало 3,25 % вклада, а сами вклады не облагались почти никакими налогами. Этот способ давал государству ежемесячно до 80 млн марок. Однако основную опору государственного кредита составляли следующие уже испытанные до войны формы получения кредита:

1) Долгосрочные (4,5-процентные, а с 1941 года — 3,5-процентные) займы, выпущенные в начале войны сроком на 20—30 лет и с ежегодным погашением в 1 %. К концу войны через банки и другие институты кредита прошло 66,5 млрд марок.

2) Средние и долгосрочные процентные долговые обязательства. Они предназначались для того, чтобы использовать среднесрочные вклады банков и сберегательных касс, и были единственным средством привлечь к финансированию войны широкие слои населения. Они имели такой же процент, как и займы, и заключались вначале на 5 лет, а затем на 22 года. Таких долговых обязательств было выпущено на общую сумму в 77 млрд марок.

3) Беспроцентные краткосрочные долговые обязательства, которые наряду с государственными векселями являлись основными бумагами денежного рынка. Вначале их срочность не выходила за пределы 3—6 месяцев, а позднее была продлена до 20 месяцев. Их сумма к концу войны равнялась 104 млрд марок.

4) Государственные векселя. В краткосрочном финансировании, или так называемом непогашенном долге, в противоположность «консолидированному» долгу, установленному в долгосрочных и среднесрочных долговых обязательствах, они играли ведущую роль. В процентном отношении они являлись самым дешевым инструментом финансирования. Учетная ставка составляла в начале войны 2 и 3/4%, а начиная с 1941 года — 2 и 1/8%. В отношении денежной и валютной политики решающее значение имела возможность сбыта векселей на денежном рынке или помещения их в имперском банке, где они, согласно положению закона о банках от 1939 года, способствовали увеличению денежного оборота. В первые годы войны в портфеле государственного банка осталось 20—25 % векселей, в 1944 году их было около 1/3, в последние месяцы войны число осевших в банке векселей стало еще большим. В соответствии с этим увеличился и оборот платежных средств. В конце 1938 года он составлял 10,4 млрд марок, а к концу войны увеличился до 56,4 млрд марок. В общей сложности за время войны было выпущено государственных векселей на сумму 130 млрд марок.

Государственный долг к концу войны составил 143 млрд марок в долгосрочных и среднесрочных обязательствах и 235 млрд марок в краткосрочных кредитах. К этому необходимо прибавить 0,9 млрд марок по налоговым квитанциям, 0,8 млрд марок по векселям промышленных предприятий и коммерческим векселям и 8 млрд марок по векселям Мефо; поэтому общая сумма государственного долга должна быть принята в 387 млрд марок. Так же как и в войне 1914—1918 годов, проблема покрытия военных расходов за счет кредита была в этой войне разрешена технически совершенно безупречно.

Серьезная ошибка заключалась не в технике финансирования, а в финансовой политике, которая придавала кредиту гораздо большее значение, чем налогам.

Участие банковского кредита в финансировании войны[править]

С 1938 года характерным в развитии кредита было то, что, с одной стороны, вклады постоянно увеличивались, а с другой—все меньше и меньше использовались частные кредиты. Благодаря вышеизложенным трансакциям главным должником по отношению к кредитным учреждениям стало государство. Сумма государственного долга кредитным банкам повысилась с 6,3 млрд марок (в конце 1938 года) до 110 млрд марок в конце войны, причем начиная с 1942 года наблюдалось сокращение долгосрочных помещений в пользу краткосрочных. Наибольшая часть государственного долга (в абсолютных цифрах) приходится на долю крупных частных банков, однако относительная доля участия общественно-правовых институтов в общем кредите была несравненно большей. Сберегательные кассы и товарищества помещали половину своих вкладов в государственные займы, а вторую половину — как текучий запас —оставляли в своих центральных учреждениях, которые в свою очередь основную часть этого запаса превращали в беспроцентные долговые обязательства и государственные векселя. Все вклады вливались в общий бассейн государственного долга. До конца войны 54 млрд марок государственного долга было покрыто за счет сберегательных касс и 26 млрд марок—за счет различных товариществ.

«Упрощение» обращения[править]

Германия является единственной страной, которая в своих кредитных делах совершенно отказалась от использования ценных бумаг в качестве акций. Благодаря организации «упрощенного» обращения была высвобождена большая часть банковских работников и сэкономлена часть издержек, возникающих в связи с печатанием, транспортировкой, хранением, проверкой, подсчетом, сортировкой и упаковкой многих миллионов бумаг. Технически это упрощение сводилось к различным усовершенствованиям в общем хранении денежных переводов и в ведении государственных долговых книг. От простого хранения собранных ценных бумаг, практиковавшегося банками на протяжении десятилетий, в 1940 году было решено перейти к учету собранных ценных бумаг, при котором акционерные банки имели право переводить государственные долговые обязательства на свое имя. Владелец части собранных ценных бумаг получал право на занесение его части в государственную долговую книгу и мог распоряжаться этой долей, продавая ее на бирже. В 1942 году упрощенное обращение было централизовано в государственном банке, как единственном месте скопления ценных бумаг. Отделение стоимости бумаг от самих бумаг было весьма характерно для немецкой техники финансирования войны. Эта «дематериализация» распространялась также и на беспроцентные краткосрочные долговые обязательства, а с 1944 года—и на государственные векселя. Подобный метод оказался настолько успешным, что к концу войны было собрано кредитных бумаг на 92 млрд марок, из них учтенных в государственной долговой книге на 90 млрд марок; из 104 млрд марок в беспроцентных краткосрочных обязательствах было собрано 100 млрд марок, а государственные векселя были собраны полностью.

В техническом отношении финансирование вооружений было доведено в Германии до весьма высокого уровня. Что же касается управления и организации экономики, а также проведения валютной политики, то здесь было допущено немало ошибок. Хотя доля налогов в покрытии общих военных расходов была большей, чем в первую мировую войну, разрешить проблему избыточной покупательной способности все же не удалось. Метод «бесшумного» кредитования, превращавшего ничего не подозревающего вкладчика на 90 % в государственного кредитора, привел к все увеличивающемуся перевесу краткосрочных долгов, к быстрому росту инфляции и к полному разрушению всех основ этой системы финансирования. Ни в одной другой стране размеры долгов не были столь высоки, как у нас, а в то же время имевшиеся в стране налоговые резервы не были использованы до конца. Можно сказать, что в будущей войне финансовые трудности будут еще большими, так как и кредит и налоги в результате последней войны и послевоенного развития уже доведены до крайних пределов, и нам остается лишь одно, гибельное для нас, средство финансирования—инфляция.

Властное требование защиты нашего европейского образа жизни и создания объединенной организации для обороны Европы ставит перед государственным руководством трудную и ответственную задачу найти какой-то средний путь между чрезмерным обложением налогами, ведущим к снижению производственной мощи страны, и увеличением кредитов, приводящим к инфляции.

  1. ↑ Семья крупнейших аугсбургских ростовщиков. Якоб Фуггер (1459—1525) основал один из самых значительных банков Европы. Он давал ссуды и кредит римскому папе, а также финансировал королей Максимилиана I и Карла V. — Прим. ред.
  2. ↑ Взносы отдельных провинций и земель Германии в общую имперскую казну за право пользования транспортом, почтой, телеграфом и т. п., рассчитываемые на душу населения. Были отменены Веймарской республикой в 1919 году и восстановлены фашистами для некоторых оккупированных стран.—Прим. ред.
  3. ↑ Бронзовый столп (франц.), то есть нечто огромное и дорогостоящее. Прим. ред.

Векселя Мефо и экономическая деятельность Ялмара Шахта. Влияние международного экономического кризиса на Веймарскую республику.

1 Векселя Мефо и экономическая деятельность Ялмара Шахта. Влияние международного экономического кризиса на Веймарскую республику. После Первой мировой войны экономика Германии работала на обслуживание репарационных платежей. В 1929 г. международная комиссия финансовых экспертов под руководством американского банкира Юнга приняла новый план выплаты репараций, который сменил разработанный ранее план Дауэса. В плане Юнга впервые были названы окончательная сумма и срок выплат. Сумма ежегодных выплат не должна была превышать 2 млрд. золотых марок. Однако, в отличие от плана Дауэса, план Юнга предусматривал и нижнюю границу суммы выплат, которую Германия должна была выплачивать при любом состоянии экономики. Вторым спорным моментом было создание Банка международных расчѐтов (БМР) в Базеле (в настоящее время известный как «Международный валютный фонд»). Учредителями БМР стали центральные банки Англии, Франции, Бельгии, Италии, Германии, трех частных банков США — «Д. П. Морган энд компани», «Фѐрст нэшнл бэнк оф Нью-Йорк» и «Фѐрст нэшнл бэнк оф Чикаго» — а также частные банки Японии. Первым президентом БМР стал банкир из клана Рокфеллеров Гейтс Макгарра. Подпись президента Гинденбурга 13 марта 1930 г. под планом Юнга передала Рейхсбанк под управление БМР. Это означало установление контроля БМР над всей экономической жизнью Германии. Президентом Рейхсбанка в этот период был Ялмар Шахт. Крупнейшим достижением этого выдающегося финансиста стала победа над гиперинфляцией в 1923 г. Однако в конце 20-х гг. XX века его фигура стала слишком неудобной для правительства. Шахт выступал против роста расходов и требовал проведения финансовой реформы для обеспечения стабильности бюджетных поступлений. Участие в работе комиссии Юнга в Гааге обострило конфликт Шахта с правительством, которое лишило его поддержки во время переговоров. Хотя Шахт и был вынужден подписать план Юнга, однако 6 декабря 1929 г. он опубликовал меморандум с резкой критикой соглашения. «От германского правительства необходимо потребовать, чтобы оно не соглашалось ни на какие дополнительные выплаты. Далее, прежде чем план Юнга будет принят, нужно навести порядок в бюджетах рейха, земель и общин, и ограничить платежи суммой, которую германская экономика в состоянии выплатить. Прежде всего те, кто вместе со мной придерживается мнения, что план Юнга является окончательным средством примирения, способствует развитию международного сотрудничества и процветанию германской экономики и, без этих двух предпосылок не реализуем, должны всѐ сделать для выполнения этих условий. Это было бы самообманом для мира думать, будто мы можем сверх платежей по плану Юнга выплачивать миллионы или миллиарды или же отказываться от прав собственности. Это было бы самообманом собственного народа верить, что при нынешней или даже возросшей финансовой нагрузке по выплатам плана Юнга возможны

2 дополнительные платежи. Я не хочу и не буду способствовать тому, чтобы имело место подобному обману 1». Должность президента Рейхсбанка была пожизненной. В связи с этим, Ялмар Шахт не мог быть смещѐн со своей должности. Однако, в марте 1930 г. он вышел в марте 1930 г. в отставку в знак протеста против плана Юнга. Крах Нью-Йоркской биржи 24 октября 1929 г. ознаменовал начало Великой депрессии. С некоторым временным смещением изначально американский экономический кризис пришѐл в Европу. Уже в 1931 году Великобритания была вынуждена отказаться от золотого обеспечения фунта. Еѐ примеру последовали другие страны. Особенно остро мировой экономический кризис ударил по Германии. Ведь относительное благополучие «золотых двадцатых» было достигнуто, в том числе, за счѐт постоянного притока иностранного, преимущественно американского, капитала. После биржевого краха прекратилось кредитование германской экономики и начался отток капитала. Прошла волна банкротств банков. Правительство Брюнинга было вынуждено ограничить выдачу средств со счетов гражданам и заняться реструктуризацией проблемных банков. Финансовый кризис перерос в кризис производства. В период с 1929 по 1932 годы ВВП сократился на 25 %, промышленное производство на 40 %, сельскохозяйственное на 30 %, а количество безработных превысило 6 миллионов. Государственный долг вырос с 8,2 млрд. марок в 1929 г. до 11,4 млрд. марок в 1932 г. 2 На этом фоне финансовая политика правительства Брюнинга и Рейхсбанка только усугубила ситуацию. Стремясь не допустить повторения гиперинфляции, правительство сокращало государственные расходы. В первую очередь, были урезаны социальные выплаты. Уровень жизни населения резко упал. Падение внутреннего и внешнего спроса провоцировало дальнейший спад производства, новые увольнения и локауты, и, как следствие- делало необходимым дальнейшее сокращение социальных расходов в связи с уменьшением доходной части бюджета. Выход из порочного круга за счѐт дополнительных инвестиций исключался. Внешние источники финансирования были недоступны. Эмиссия Рейхсбанка законодательно ограничивались суммой в 400 млн. марок 3, что было совершенно недостаточно для стимулирования экономики. 9 января 1932 г. канцлер Брюнинг заявил, что Германия больше не в состоянии платить по репарациям. Выплаты прекратились. На конференции в Лозанне летом 1932 г. державы-победительницы согласились с этим решением. 1 Pentzlin H. Hjalmar Schacht. Leben und Wirken einer umstrittenen Persönlichkeit. Berlin, S

3 Третий рейх. Финансирование программ в условии дефицита валюты и неблагоприятной экономической ситуации в стране и мире. Перед вступившим в должность рейхсканцлера Адольфа Гитлера со всей остротой встали те же экономические и социальные проблемы, с решением которых не справились его предшественники. Национал-социалисты энергично принялись за дело, опираясь на специалистов в сфере экономики. Президентом Рейхсбанка вновь стал Ялмар Шахт. Он пользовался заслуженным авторитетом в мировых финансовых кругах и на данном этапе являлся незаменимой фигурой для новой власти. Ялмар Шахт был одним из немногих государственных деятелей Веймарской республики, которые пользовались уважением Гитлера. С 1932 г. Шахт участвовал в деятельности «кружка Кепплера», в который входили крупнейшие промышленники и банкиры Германии. Именно «кружок Кепплера» выступил с поддержкой кандидатуры Гитлера на пост рейхсканцлера перед Гинденбургом. Не будучи членом НСДАП и отдавая себе отчѐт в том, что Гитлер стремится к установлению диктатуры, Шахт, как и многие другие современники, полагал, что создание правительственного кабинета из правых партий является последним шансом сформировать дееспособное конституционное правительство 4. По просьбе Гитлера, Шахт взял на себя управление избирательным фондом правых партий (НСДАП, НННП и ННП), насчитывавший 3 миллиона марок. Экономность Шахта привела к тому, что к концу избирательной кампании 1932 г. в кассе всѐ ещѐ насчитывалось 600 тыс. марок 5. Таким образом, возвращение Шахта на пост президента Рейхсбанка не носило случайного характера. При этом, сам Ялмар Шахт оставался масоном, чего и не скрывал. Уже в феврале 1933 г. Адольф Гитлер объявил о мерах по борьбе с безработицей. На эти цели уже в бюджете 1933 г. была заложена значительная сумма в 3,1 млрд. марок. Кроме того, увеличивались расходы на строительство сети автобанов. Эти расходы впоследствии были дополнены инвестициями в программы достижения экономической автаркии и воссоздания полноценных вооружѐнных сил. Внешние условия для реализации программы по снижению безработицы были исключительно плохими. Германия импортировала значительную часть промышленного сырья и продовольствия из-за границы. Данная статья расходов требовала привлечение золотовалютных резервов, которых у Германии было совершенно недостаточно. Последовать примеру США и изъять у населения золото, национал-социалисты не могли, справедливо опасаясь потери поддержки широких слоѐв население. Экспорт Германии в 1933 г. подвергся экономическому бойкоту 6. В условиях всемирного экономического кризиса ряд стран предприняли попытку девальвации национальной валюты по отношению к золоту. В сентябре 1931 г. Великобритания отменила золотой стандарт и ввела плавающий курс 4 Pentzlin H. Hjalmar Schacht. Leben und Wirken einer umstrittener Persönlichkeit. Berlin, S Ibid. S

4 фунта стерлингов. Аналогичный шаг предприняли США. 31 января 1934 года указом президента Ф.Д. Рузвельта был девальвирован доллар по отношению к золоту. По отношению к марке курс доллара был снижен на 56,9% 7. Примеру США последовали другие страны. Одновременно в ряде стран были усилены протекционистские меры. Все эти меры закрыли значительную часть рынков (прежде всего, в промышленно развитых государствах) для продукции из Германии и осложнили получения валюты, крайне необходимой для закупки сырья и продовол

Значение, Определение, Предложения . Что такое векселя «мефо»

Другие результаты
Он все называл меня ростовщиком — пусть попомнит о своем векселе!
Я не понимаю, что вас тут смущает. Через полгода вы получите все деньги за свою хибарку, а я проставил на последнем векселе более чем полугодовой срок.
И дух, и текст закона совершенно находятся в согласье с неустойкой, которая здесь в векселе стоит.
Слово его было так же верно, как подпись на векселе, хотя сам он никому на слово не верил.
В 1991 году Сингер должен был выступить вместе с Р. М. харом и Георгом Мегглом на 15-м Международном симпозиуме Витгенштейна в Кирхберг-ам-векселе, Австрия.
Что касается действия в Соединенном Королевстве поддельной подписи на переводном векселе, см. раздел 24 Закона о переводных векселях 1882 года.
Я являюсь наилучшей векселедатель, наилучший водитель и твои слабости?
нет векселей, нет акций, нет бумажных активов.
Эта удержанная сумма была вычтена из платежей и выставленных векселей в соответствии с ПС, представленных консорциумом заказчику.
Использование автоматического или ручного процесса для выверки векселей фрахта с накладными.
Форма Журнал выписки простых векселей или Журнал перевыписки простых векселей — проверка активируется при создании платежа.
Разноска накладных, платежей и простых векселей.
Некоторые параметры настройки простых векселей доступны, только если выбраны конкретные конфигурационные ключи.
Предъявитель сего письма и векселей… Ваша любезность будет хорошо оплачена…
Лере не пошел на переписку векселей.
Разве не явится ко мне кто-нибудь из них однажды утром и не потребует ответа относительно одиннадцати выданных мной векселей?
Я уж заставила его подписать несколько векселей на имя Альберта.
По словам некоторых лиц, господин де Трай выдал векселей на сумму до ста тысяч франков, почти все векселя просрочил и вот-вот должен был попасть под суд.
Надо нам как-нибудь глянуть игру, поговорить, как мы вертим рынок государственных векселей как праздничную индейку.
Занимается учетом векселей, а еще, как говорится, ростовщичеством.
Барри был теперь погребён под грудой счетов и долгов закладных и векселей и всех сопутствующих последствий.
А потому велико было всеобщее удивление, когда он с обычной точностью произвел июньскую оплату векселей.
Чтобы продолжить свое самоубийство, я выдал несколько краткосрочных векселей, и день платежа настал.
У меня нет текущих векселей.
И это не считая векселей, выданных господином Бовари, одного — на семьсот франков, а другого -на триста!
Каупервуд всегда смело делал крупные займы, и в обращении, как правило, находилось большое количество его векселей.
Вчера вечером между вами возник конфликт из-за переводных векселей, срок оплаты по которым истекал сегодня.
Он имел основания быть недовольным: из двух выданных Шарлем векселей Эмма пока что уплатила по одному.
Исторически сложилось так, что доходность 20-летних казначейских облигаций в среднем была примерно на два процентных пункта выше, чем доходность трехмесячных казначейских векселей.
Рынок казначейских векселей США является самым активным и ликвидным долговым рынком в мире.

Векселя «МЕФО» — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Векселя «МЕФО» — векселя выпускаемые Рейхсбанком в период Третьего рейха, с целью финансирования вооружений. Это происходило в ситуации отсутствия финансовых резервов. Векселя «МЕФО» были гарантированы государством, принимались всеми немецкими банками и учитывались затем Рейхсбанком для печатания ничем не обеспеченных банкнот. Векселя «МЕФО» были предназначены исключительно для перевооружения экономики Германии и не отражались ни в бюллетенях Национального банка, ни в государственном бюджете, что позволяло сохранять в секрете масштабы перевооружения.

Векселя формально выдавались созданной Шахтом компанией МЕФО (MEFO, нем. Metallurgische Forschungsgesellschaft, m.b.H.). На самом деле компания не вела никакой деятельности, и являлась просто финансовым механизмом.

Напишите отзыв о статье «Векселя «МЕФО»»

Ссылки

  • [www.diphis.ru/germanskaya_korporativnaya_ekonomika-a1578.html Германская корпоративная экономика]

Отрывок, характеризующий Векселя «МЕФО»

– Покушайте, барышня графинюшка, – приговаривала она, подавая Наташе то то, то другое. Наташа ела все, и ей показалось, что подобных лепешек на юраге, с таким букетом варений, на меду орехов и такой курицы никогда она нигде не видала и не едала. Анисья Федоровна вышла. Ростов с дядюшкой, запивая ужин вишневой наливкой, разговаривали о прошедшей и о будущей охоте, о Ругае и Илагинских собаках. Наташа с блестящими глазами прямо сидела на диване, слушая их. Несколько раз она пыталась разбудить Петю, чтобы дать ему поесть чего нибудь, но он говорил что то непонятное, очевидно не просыпаясь. Наташе так весело было на душе, так хорошо в этой новой для нее обстановке, что она только боялась, что слишком скоро за ней приедут дрожки. После наступившего случайно молчания, как это почти всегда бывает у людей в первый раз принимающих в своем доме своих знакомых, дядюшка сказал, отвечая на мысль, которая была у его гостей:
– Так то вот и доживаю свой век… Умрешь, – чистое дело марш – ничего не останется. Что ж и грешить то!

Что такое домицилированный вексель? Домициляция векселя. – SPRINTinvest.RU

Тема домицилированных векселей напрямую связана с рассмотренными нами ранее вопросами учинения сопроводительных надписей на векселях и фактического исполнения платежных обязательств по ним.

Особой сложности с пониманием концепции домицилированных векселей обычно не возникает, ибо речь идет всего лишь об отдельных оговорках и правилах, основанных на стандартных процедурах обращения векселей.

Помимо прочего, мы сформулируем собственное определение понятия «домицилированный вексель», разберем некоторые особенности исполнения домицилированных векселей, обогатим наш словарный запас некоторыми доселе не упоминавшимися нами терминами.

Что такое домицилированный вексель?

Нормативно закрепленного определения понятия «домицилированный вексель» нет. Приходится полагаться на авторитетные источники, наподобие Wiki и т.д.

Если обобщить соответствующие данные, допустимо предложить следующее определение.

Домицилированный вексель – это простой или переводной вексель, возлагающий обязанность по уплате вексельной суммы на третье лицо (как правило, банк).

Процесс назначения в качестве плательщика по векселю третьего лица именуется домициляцией векселя.

Плательщик (третье лицо, коими, как мы отметили, в основном являются банки) по домицилированному векселю имеет весьма звучное обозначение – домицилянт.

Признаки домицилированного векселя

Существует выработанная многолетней практикой группа признаков, позволяющих отграничить домицилированные векселя от всех прочих.

Наиболее употребительными являются следующие:

[1] непосредственное указание банковского учреждения в качестве плательщика;

[2] помещение на бланке векселя следом за подписью плательщика (или ниже ее) слов «уплата в банке» или «платеж в банке»;

[3] включение слова «домицилированный» в наименование векселя.

Оплата домицилированного векселя банком производится при соблюдении двух условий:

[1] предварительное внесение плательщиком вексельной суммы и

[2] выдача клиентом (трассантом, векселедержателем), располагающим достаточными средствами, распоряжения о списании с его счета требуемой суммы.

Несоблюдение данных условий позволяет банку отказать в платеже.

Решение банка об отказе произвести платеж по домицилированному векселю опротестовывается по общей процедуре.

Исполнение домицилированных векселей

Согласно рекомендациям Центробанка России, исполнение платежных поручений банками-домицилянтами в процессе исполнения векселей допускается либо [1] с клиентского счета (по общему правилу), либо [2] со спецсчета, предназначенного исключительно для операций, связанных с оплатой векселей.

В последнем случае требуется предварительное зачисление на спецсчет денежных средств в необходимых объемах.

Оплата домицилированных векселей с клиентского счета считается более предпочтительной, поскольку она освобождается от сопутствующих комиссионных сборов, тогда как списание средств со спецсчета, как правило, сопряжено и с оплатой соразмерной комиссии.

Одно это обстоятельство превращает оплату вексельных сумм со спецсчетов в чисто теоретическую конструкцию.

На практике роль клиентских счетов выполняют расчетные счета субъектов хозяйствования.

Mefo-rekeningen — счета Mefo — qaz.wiki

Een Mefo-factuur (soms geschreven als MEFO-factuur ), genoemd naar het bedrijf Metallurgische Forschungsgesellschaft (Metallurgische Research Corporation), был een promesse van der van de fürzeemente werd. de nazi-Duitse regering, opgesteld door de Duitse Centrale Bank Президент, Яльмар Шахт, в 1934 году.

De rekeningen van Mefo volgden het schema waarvoor de rekeningen van Öffa de blauwdruk vormden.

Omdat Duitsland zich heropbouwde tegen de voorwaarden van het Verdrag van Versailles, hadden ze een manier nodig om de heropbouw te financieren zonder een papieren spoor achter te laten; Schacht creëerde dit systeem als een tijdelijke method om herbewapening te financieren met slechts een miljoen Reichsmark aan kapitaal. Schacht zei позже, что он аппарат «de Reichsbank in staat stelde door een uitvlucht aan de regering te lenen wat ze normaal of wettelijk niet kon doen».

Финансирование травы

De Duitse regering moest een grote hoeveelheid geld uitgeven om de depressie te financieren, namelijk de wederopbouw van haar op zware Industrie gebaseerdeconomie en, uiteindelijk, haar herbewapeningsindustrie. Er waren echter twee issues. Ten eerste, herbewapening был незаконным volgens de voorwaarden van het Verdrag van Versailles, en ten tweede был er een wettelijke rente limiet van 4,5%.

De overheid leent normaal gesproken extra geld op de geldmarkt door een hogere rente aan te bieden.Vanwege de limiet was dit echter niet mogelijk. Bovendien zou een groot, zichtbaar overheidstekort de aandacht hebben getrokken.

Een denkbeeldig bedrijf

Hjalmar Schacht vormde de naamloze vennootschap Metallurgische Forschungsgesellschaft, mbH, kortweg «MEFO». De «Mefo-wissels» van het bedrijf dienden als wissels, die op verzoek in Reichsmark konden worden omgezet. У MEFO было определенное количество операций, которые были укомплектованы и сбалансированы.De rekeningen werden voornamelijk uitgegeven als betaling aan wapenfabrikanten.

Mefo-facturen werden uitgegeven met een aanvankelijke looptijd van zes maanden, maar met de voorziening voor verlengingen van negentig dagen voor onbepaalde tijd. Om investeerders verder te verleiden, droegen MeFo-facturen een jaarlijkse rente van 4%, вот хогер был дан, что ван и handelsbiljetten в данный момент.

Om er zeker van te zijn dat de rekeningen nooit werden ingewisseld voor ReichMarks, wat tot inflatie zou leiden, werd de negentig dagen rijpingsperiode for de rekeningen verlengd totdat de feitelijke rijpingsperiode ja 1939.Het totale bedrag van de uitgegeven Mefo-rekeningen werd behouden. Geheim.

In wezen hebben Mefo-rekeningen het Duitse Rijk in staat gesteld een groter tekort te hebben dan het normaal zou hebben gekund. В 1938 году, складывая 12 миллионов рейхсмарок на Мефорекенингене, вергелекен соответствовал 19 миллионам нормальных государственных ведомств.

Dit stelde de Duitse находится в staat om hunconomie weer op te blazen, wat culmineerde in de uiteindelijke herbewapening.

Groei stimuleren

Dit versterkte de Duitseconomie door de regering te voorzien van verschillende goederen en diensten, die ze vervolgens kon herinvesteren in deconomie, haar groei aanwakkerde en haar voorbereidde op Hitlers Agressieve buitenlandse en binnenland.De rekeningen dienden niet alleen de bovengenoemde functies, maar ze verhulden ook de militaire uitgaven die verboden waren door het Verdrag van Versailles.

Референции

Внешние ссылки

В то время как «стимул» Covid дает американцам 600 долларов, сводный законопроект о расходах в Конгрессе потратит МИЛЛИАРДЫ на иностранную помощь и проблемы домашних животных — RT USA News

Миллионы американцев, ожидающих некоторого облегчения от карантина Covid-19 с апреля, могут рассчитывать на 600 долларов каждый, в то время как Конгресс хочет одобрить 1 доллар.4 триллиона для Пентагона, иностранная помощь, скачки и гендерное равенство статуй.

«Стимулирующий» законопроект на 900 миллиардов долларов, представленный Конгрессом в понедельник, намного меньше, чем требовали демократы, так как их лидеры практически признали, что они нацелены на оказание влияния на выборы 2020 года. Он выделяет 166 миллиардов долларов на прямые выплаты в размере до 600 долларов на каждого человека, включая некоторых нелегальных иммигрантов, которые могут выйти уже на следующей неделе, если законопроект будет одобрен.

Еще 120 миллиардов долларов пойдут на расширенное пособие по безработице, но теперь с требованием предъявления документов.

Заявители PUA теперь должны будут предоставить документацию о доходах (не самоутверждение!) В течение 21 дня. Заявители, продолжающие подавать заявку (претензия до 31.01.21), должны будут предоставить ее в течение 90 дней. Это огромное бремя для работников и государственных офисов UI. pic.twitter.com/W6LFl9eyX7

— Элизабет Панкотти (@ENPancotti) 21 декабря 2020 г.

Около 325 миллиардов долларов пойдут на помощь малому бизнесу, включая субсидию в размере 15 миллиардов долларов на концертные площадки, кинотеатры и музеи, лоббируемые меньшинством Сената Лидер Чак Шумер (штат Нью-Йорк) — но, как ожидается, не покроет зарплату более трех месяцев.

Последний раз американцы получали прямой платеж в апреле, и чек был на сумму до 1200 долларов на человека. Это произошло после всего лишь месяца сокрушительных ограничений экономики во имя борьбы с пандемией, которая с тех пор только ухудшилась.

Сенатор Джон Кеннеди (Род-Луизиана) вызвал недовольство тем, что сказал, что счет «реальная помощь» , и осмелился напомнить американцам, что у правительства на самом деле нет этих денег и он должен их занять.

«Ради бога, это 1 триллион долларов! Что это, 1 000 миллионов долларов? И не бывает денежной феи », — сказал Кеннеди на Fox News.

Однако отсутствие «денежной феи» , похоже, не мешает Конгрессу выставить общий счет расходов на 1,4 триллиона долларов. Кажется, что он был представлен вместе со стимулом в документе с более чем 5 500 страницами. В сообщениях с Капитолийского холма виноваты эти технические трудности, связанные с компьютерами и принтерами Конгресса. Это также вызвало замешательство среди репортеров и представителей общественности, которые не могли различить счета.

Слово «ракета» встречается в Законе о помощи COVID 19 раз.«Самолет» появляется 208 раз. «Боеприпас» 46 раз. «Оружие» 46 раз. «Здравоохранение» = 24. «Доктор» / «медсестра» = 5. «Маски» = 0. Кому и для чего действительно этот счет?

— Алан МакЛауд (@AlanRMacLeod) 21 декабря 2020 г.

Одной особенно вопиющей деталью, которую многие отметили, была иностранная помощь, от 1,4 миллиарда долларов для «Акта об азиатской инициативе по страхованию» до 500 миллионов долларов для Израиля и 453 миллионов долларов для Украины.

Закон о стимулах: правительство закрывает экономику. Вы теряете работу.Вам грозит выселение. 600 долларов на все ваши хлопоты. Между тем они отправляют: 135 миллионов долларов в Бирму, 85,5 миллиона долларов в Камбоджу, 1,4 миллиарда долларов на «Закон об азиатской инициативе по страхованию», 130 миллионов долларов в Непал. Они вас ненавидят. pic.twitter.com/95U2Qt4uNa

— Techno Fog (@Techno_Fog) 21 декабря 2020 г.

Гонконг «демократия» активистов также были в умах Конгресса, по всей видимости, на сумму 3 миллиона долларов.

Даже процедура избрания нового Далай-ламы прошла.

Есть также настоящий шведский стол домашних животных.Например, исправлена ​​«ошибка редакции» в законопроекте о реформе социального обеспечения 1996 года, исключающем жителей Маршалловых островов — технически независимого вассального государства США в южной части Тихого океана — из программы Medicaid.

Есть строчка, запрещающая Федеральной торговой комиссии публиковать отчет, в котором говорится, что потребление сахара вредно для детей.

Около 10 миллионов долларов было выделено на «гендерных программ» в Пакистане. Неуказанная сумма будет потрачена на расследование последствий массовых беспорядков в Спрингфилде –1908. Затем закладывается фундамент для создания «Консультативного совета по климатической безопасности», , а также комиссии для решения проблемы гендерного неравенства… статуй.

И последнее, но не менее важное: организация создана для обеспечения честности и справедливости скачек, особенно когда дело касается обезболивающих. Это делает скачки предметом более пристального внимания, чем, скажем, выборы в США.

Бесцеремонное отношение истеблишмента к помощи американцам по сравнению с их приоритетами, связанными с сохранением глобального присутствия США, на короткое время сумело объединить левые и правые, хотя какой эффект — еще неизвестно.

У меня нет слов — я был против закона о стимулах, просто пусть люди работают. Но это, чтобы засунуть всю эту чушь в счет. Есть ли у ANTIFA и BLM еще эти гильотины? Думаю, мы сможем найти общее дело. https://t.co/vD0N8EtUZc

— The Scarlet Pimpernel 🧭 (@Not_a_Marxist) 21 декабря 2020 г.

Должно быть двухпартийное движение против иностранной помощи. Если они могут дать американцам только 600 долларов, мы не должны отправлять деньги куда-либо еще. Это хреново.

— Кассандра Фэрбенкс (@CassandraRules) 21 декабря 2020 г.

Конгресс явно считает, что его выборочная политически-преференциальная помощь политически защищенным после банковского кризиса 2008 года является хорошей моделью для пакетов помощи от COVID-19.Произведет ли это аналогичную реакцию левых и правых двухпартийных популистов?

— Роберт Барнс (@Barnes_Law) 21 декабря 2020 г.

Думаете, вашим друзьям будет интересно? Поделись этой историей!

Оплата счетов через BPDB

Клиенты Robi и Airtel смогут оплачивать свои счета BPDB (Совет по развитию энергетики Бангладеш) и пополнять счет Smart Meter через сервис Robi Bill Pay. Все пользователи мобильных устройств Robi и других пользователей, а также те, кто не пользуется мобильными устройствами, могут оплачивать свои счета через любые авторизованные агентские точки, подписанные логотипом RobiCash Point.В таком случае агенты оплачивают счета от имени клиентов. И агенты, и клиенты получают SMS с подтверждением для этого способа оплаты.

Агенты очков RobiCash используют самую безопасную технологию USSD для оплаты счетов.

Агент и клиенты могут использовать удобное приложение RobiCash для этой услуги.

Преимущества:

  • Оплачивайте счета круглосуточно
  • Нет необходимости стоять в длинной очереди в банке
  • Это безопасная услуга, поскольку Robi и BPDB совместно заботятся об этой услуге
  • Около 12 600 “RobiCash Пункты агентов, подписанные логотипом Point, в настоящее время предоставляют эту услугу.

Местонахождение:

tangail, Kishorgong, Netrakona

3 шага для оплаты с мобильного телефона

  • Клиенты Airtel могут воспользоваться этой возможностью, набрав * 400 * 1 # вместо * 787 #
  • . Абонент сможет оплатить свой счет до Tk.3000 / — (включая плату за обслуживание) со своего мобильного телефона.

Открытый кошелек RobiCash: через собственный номер Роби

Открытый кошелек RobiCash: через пункты агента RobiCash

9129

Процесс оплаты счета потребителем:

Пополнение счета Smart Meter:

Процесс до счета

Пополнение счета Smart Meter через приложение:

Позвоните 123 (с номера Robi) или 01819 400400 (с любого номера)

** Дополнительная информация о плате

: FAQ

Знай свой счет | Кения Мощность

ПОНИМАНИЕ ВАША ПРЕДОПЛАТА И ПОСЛЕОПЛАТА

Пронумерованные элементы являются компонентами как предоплаченных и постоплата за электроэнергию, которая точно так же, как в Утверждении тарифов установленным Комиссией по регулированию энергетики для Поставка электроэнергии.

Щелкните пронумерованные элементы, чтобы узнать о них больше.

1. Баланс, принесенный вперед

Это ваш предыдущий остаток по счету. Если платеж уже произведен, он отражается здесь.

2. Фиксированная оплата

Это была стоимость, которая использовалась для выставления счетов или предоплаченный процесс продажи.Он был отменен с введением новых тарифов в августе 2018 года.
Заряжено на
Kenya Power

3. Расход

Это ваше потребление электроэнергии в течение расчетного периода или предоплаченного торгового месяца в киловатт-часах и шиллингах.
Заряжено на
Kenya Power

4.Плата за топливо

Это деньги, потраченные на производство электроэнергии от тепловых электростанций. Он меняется ежемесячно в зависимости от количества тепловая генерация и стоимость топлива.

5. Корректировка Forex

В иностранный обмен компонент связан с колебанием жесткой валюты по отношению к кенийскому шиллингу за расходы, выраженные в этих валютах связанные с энергетическим сектором (например,г. проектный заем выплаты).

6. Корректировка инфляции

Зависит от внутренняя и международная инфляция по стоимости поставка. Регулируется каждые полгода. с 1 января.

7. WARMA Levy

В настоящее время установлено на 0.05 центов за киловатт час и передается в Водный ресурс Управление Орган власти (ВАРМА) за выработка гидроэлектроэнергии мощностью 1 мегаватт и выше. В квитанции о предоплате токенов сбор WARMA указан в сочетании с налогом ERC.

8. ERC Леви

В настоящее время установлен на уровне 3 цента за киловатт. час и передается в Регулирование энергетики Комиссия (ERC) для покрытия операционных расходов.

9.REP Леви

В настоящее время он составляет 5% от стоимости потребляемых единиц и передается сельским Управление электрификации (REA) для внедрения проектов электрификации сельской местности.

10. НДС

В настоящее время установлено на уровне 16% и применимо к расходам, расходам на топливо и Forex.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Раджшши

Раджшахи, Чапай, Наторе, Пабна, Сираджгондж, Богра, Джойпурхат, Наога150008

Джойпурхат, Наога-Майон

Comilla

Comilla, B.Baria, Chandpur, Noakhali, Laxmipur, Feni

61 Sylhet

Рангпур

Рангпур, Динаджпур, Лалмонирхат, Куриграм, Нильпхамари, Такургаон, Панчгар, Гайбандха

Кхиттагонг 9161

Кхиттагонг 9158

, Читтагонг 69

, Чхиттагонг Smart Meter Recharge Расположение: City Corporation Area, Comilla.

Комиссия за обслуживание, утвержденная BTRC для оплаты счетов:

2
Оплаченная сумма Плата за обслуживание

0-400

1500161

BDT 10

1501 — 5000

BDT 15

5000+

BDT 25

6