Разное

Великая депрессия это: Великая депрессия — все самое интересное на ПостНауке

13.03.2021

Содержание

Журнал Международная жизнь - Архив 10 номера 2020 года США: «Великая депрессия 2.0»

США: «Великая депрессия 2.0»

В начале июня 2020 года Национальное бюро экономических исследований (г. Нью-Йорк), ответственное за датировку циклов развития американской экономики, объявило о том, что в феврале этого года был зарегистрирован пик циклического подъема американской экономики, начавшийся в июне 2009 года и продолжавшийся свыше 10,5 лет (128 месяцев). Эта фаза подъема американской экономики оказалась самой продолжительной за всю историю наблюдения и изучения циклов экономического развития США начиная с 1854 года1. В результате с марта 2020 года, главным образом под влиянием эпидемии коронавируса, экономика США начала стремительное сползание в экономический кризис. И первые результаты падения американской экономики на «дно» деловой активности заставили сразу же вспомнить времена Великой депрессии 1929-1939 годов, ибо таких показателей спада никогда не наблюдалось за весь период после окончания Второй мировой войны, то есть с середины 1940-х годов.

Прежде всего сигнал тревоги прозвучал с рынка труда США, на котором произошел форменный «обвал». Еще в феврале 2020 года уровень безработицы в США составлял 3,5%, что было самым низким показателем с конца 1960-х годов. Коронавирусная пандемия обернулась тем, что уже в мае армия безработных выросла с 5,8 миллиона до 23,0 млн. человек, достигнув

14,7% численности рабочей силы2. Столь высокие показатели безработицы отмечались только в период с 1930 по 1940 год, когда среднегодовой уровень безработицы составил почти 18,0%3. Этим параллели между нынешним периодом и той отдаленной эпохой не оканчиваются: если в предкризисный, 1929 год уровень безработицы составил 3,2%, то в кризисные, 1930-1931 годы он стремительно вырос до 8,7% и 15,9% соответственно.

Падение реального ВВП во втором квартале 2020 года, составившее 33,0%4, поражало воображение. В последний раз экономический крах подобного рода имел место в 1929-1933 годах, когда реальный ВВП (в обоих случаях в сопоставимых ценах 2012 г.) сократился более чем на 26%, да и то это снижение растянулось на долгие четыре года5.

Симптоматика Великой депрессии здесь явно налицо, и многие ведущие американские экономисты достаточно уверенно заговорили о том, что, по сути, США уже вступили в период «Великой депрессии 2.0», имея в виду даже не столько размеры сокращения экономической активности, сколько ее продолжительность. По мнению видного американского экономиста Н.Рубини, еще в 2006 году предсказавшего наступление мирового финансово-экономического кризиса 2007-2009 годов, возможное оживление и даже экономический подъем во второй половине 2020 года неизбежно сменится периодом продолжительного депрессивного состояния американской экономики, который растянется вплоть до конца 2020-х годов.

Приход «Великой депрессии 2.0» является, вероятно, неизбежным по той причине, что пандемия коронавируса только усилила действие многих финансовых, социально-экономических, политических и санитарно-эпидемиологических факторов, которые в канун кризисного, 2020 года уже сформировали ситуацию «идеального шторма» и в американской экономике, и в американском обществе в целом6. В этой связи чрезвычайно важно составить обобщенную модель перепадов экономической конъюнктуры в 1929-1939 годах, которая послужила бы референтной матрицей отсчета и оценки возможных траекторий и последствий развития американской экономики в предстоящий ближайший обозримый период.

Великая депрессия 1930-х годов: не только экономические потрясения

Следует отметить, что, несмотря на многовековую историю изучения циклов экономической активности, десятки и сотни написанных на эту тему статей и исследований, феномен Великой депрессии до сих пор остается малопонятным в экономической жизни высокоразвитых в научно-техническом отношении стран, прежде всего США. Признанный в Америке специалист экономических циклов профессор К.Ромер писала в конце ХХ века, что в достаточно хорошо разработанные теории экономических кризисов явно не вписывается Великая депрессия, неотъемлемой частью которой являлся экономический кризис 1929-1933 годов. С ее точки зрения, «наверное, самый обоснованный вывод, который может быть сделан на основе этого факта, сводится к тому, что период 1920-х и 1930-х годов, то есть время между Первой и Второй мировыми войнами, просто следует считать весьма необычным временем»7.

Более того, мировой финансово-экономический кризис 2007-2009 годов в еще большей степени запутал проблему глубины и продолжительности экономических потрясений в американской экономике, поскольку к началу XXI века значительная часть экономистов стала придерживаться той точки зрения, что масштабные экономические потрясения являются следствием относительно невысокого уровня научно-технического развития и поэтому в современной высокоразвитой экономике с мощной институциональной системой регулирования деловой активности экономические кризисы возможны только как следствие сугубо внешних шоков, которые сравнительно легко могут быть нивелированы экономической политикой государства, опирающегося на все возрастающие общественные богатства и резервы.

Однако экономические потрясения 2007-2009 годов, получившие в США название «Великой рецессии», которая явилась самой продолжительной и глубокой за весь период после Второй мировой войны, вновь заставили ведущих американских экономистов говорить о возможности повторения экономических катаклизмов 1930-х годов8. В этой связи можно указать, что «Великая рецессия» продолжалась 18 месяцев, а величина падения реального ВВП составила рекордные за 60 с лишним лет 5,1%9.

Фундаментальной особенностью Великой депрессии 1930-х годов явилось снижение ВВП США со 105 млрд. долларов в 1929 году до 57 млрд. долларов в 1933-м и его медленное восстановление до предкризисного уровня, которое произошло только лишь в 1940 году, когда его величина составила 103 млрд. долларов

10. Динамика падения и восстановления ВВП во время Великой депрессии приведена на Графике 1.

График 1

Динамика изменения ВВП США в 1929-1940 гг.

Таким образом, форма изменения ВВП США во время Великой депрессии, приведенная на графике, представляет собой сочетание двух букв английского алфавита - L и U, при котором достаточно длинное нижнее основание L постепенно трансформируется в U, свидетельствующее о восстановлении экономики по показателю ВВП до докризисного уровня. В настоящее время L-форма считается показателем многолетнего периода хронически депрессивного состояния экономики11.

Сейчас можно выделить несколько основных факторов, которые предопределили, во-первых, беспрецедентную продолжительность экономического кризиса 1929-1933 годов и, во-вторых, не менее необычайную длительность восстановления экономики. Эти отличительные факторы проявили себя, помимо многих остальных, именно в ходе 1930-х годов и могут считаться «знаковыми» признаками феномена «великих депрессий».

Важнейшим «спусковым механизмом» биржевого краха в октябре 1929 года и последующего погружения американской экономики на «дно» экономического кризиса

стало неравенство в распределении доходов и богатств в американском обществе, которое к концу 1920-х годов достигло рекордных показателей практически за всю американскую историю.

Накануне биржевого краха осенью 1929 года высший 1% самых богатых людей Америки, ее миллионеры и мультимиллионеры, получали почти 24% всех доходов до уплаты налогов, в то время как 90% остальных американцев довольствовались немногим более 50,0% всех доходов до уплаты налогов12. К концу экономического кризиса 1929-1933 годов доля 1% самых богатых людей Америки в общем распределении доходов до уплаты налогов сократилась до 15% и оставалась на этом уровне вплоть до начала 1940-х годов13. В целом в период с конца 1920-х годов и до начала 1940-х годов доля 10,0% самых состоятельных американцев в общем распределении доходов до уплаты налогов снизилась с 50,0 до 40,0%, и эта разница доходов, соответственно, досталась остальной части американского общества14.

Неравенство в распределении накопленных богатств к концу 1920-х годов оказалось выраженным в гораздо большей степени по сравнению с распределением доходов. Накануне экономического кризиса 1929-1933 годов верхнему, 1% богатейшему слою американского общества принадлежало 50% всех богатств Америки

15.

В итоге распределение доходов как следствие экономического кризиса 1929-1933 годов стало более равномерным, и эта равномерность имела самое прямое отношение к дальнейшему восстановлению экономической активности, поскольку наиболее состоятельные слои потеряли доходы в виде прибылей от операций купли-продажи капиталов, что позволило резко уменьшить объемы биржевой спекулятивной активности и паразитическое потребление (приобретение предметов роскоши). Перераспределение доходов в пользу остальной части американского общества повысило роль и значение заработной платы и должностных окладов производственных рабочих и служащих и способствовало в значительной степени восстановлению нормального функционирования реального сектора экономики.

Однако на момент достижения американской экономикой «дна» экономического кризиса в 1933 году произошло другое принципиально важное событие, которое ни до 1933 года, ни после него, вплоть до настоящего времени, никогда не происходило в американской экономической истории:

обрушение образовавшейся на тот момент «пирамиды долга». Особенности этого процесса отражены на Графике 2.

График 2

«Пирамида долга» 1933 года и ее обрушение в последующий период (до начала 1940-х гг.).

Source: Mauldin J. The Debt Supercycle. July 17, 2010 // https://www.mauldineconomics.com/frontlinethoughts/the-debt-supercycle-mwo071710.

К концу экономического кризиса все сферы американской экономики: государственный и частный секторы, сектор домашнего хозяйства накопили валовых долгов на сумму 300% ВВП. Фактически все сбережения были исчерпаны, производство работало только на удовлетворение минимальных текущих потребностей, инвестиции прекратились, экономика «стояла на месте». Итоговым результатом обрушения «пирамиды долга» явился фактический крах банковской системы, в результате которого обанкротилось 40% банков (порядка 9,5 тыс. из 23,7 тыс., функционировавших в 1929 г.)16, вкладчики потеряли 540 млн. долларов своих накоплений17, что эквивалентно 10,7 трлн. долларов в ценах 2019 года, 45% всех американских ферм, дававших 52% объема сельскохозяйственной продукции, были признаны банкротами

18,  в результате чего на всем протяжении Великой депрессии задолженность сельского хозяйства в полтора-два раза превышала по стоимости весь объем производимой продукции19. Промышленное производство сократилось почти в два раза, в начале 1934 года были запрещены (под страхом уголовной ответственности) все операции купли-продажи золота в частном секторе экономики20.

Фактически вплоть до начала 1940-х годов американская экономика и домовладения работали на погашение своей задолженности, поэтому большая часть американского общества психологически пребывала в состоянии хронической депрессии относительно перспектив своего социально-экономического будущего. Именно это обстоятельство не в последнюю очередь предопределило резкое усиление роли государственного сектора в годы «Нового курса», в особенности создание масштабных программ общественных работ и программы выплат пособий по безработице, не говоря уже о полной отмене «сухого закона» (21-й поправки к Конституции) к концу 1933 года, принятие которой было ускорено законом Каллена - Гаррисона о начале производства низкоалкогольного пива и вина, подписанного Ф.Рузвельтом 22 марта 1933 года.

Но, возможно, самым значимым фактором необычайно долгого депрессивного состояния экономики США в 1930-х годах явилась засуха, беспрецедентная в истории США, охватившая практически всю территорию страны и главным образом штаты Среднего Запада и Юга США. Засуха обернулась мощными пыльными бурями. Фактически в 1930-х годах США пережили природную катастрофу, которая продолжалась 11 лет и сыграла роль весьма точного хронометра начала и окончания Великой депрессии.

На протяжении всего десятилетия начиная с 1930 года американская экономика и ее сельское хозяйство постоянно испытывали мощный натиск волн засух, которые приводили к пыльным бурям, а те, в свою очередь, препятствовали процессу нормального кругооборота водных масс в атмосфере. Засухи также уничтожали плодородный пахотный слой почвы. Весьма показательно, что в 1930-х годах США испытали три волны засух: в 1934 году, 1936 году и в 1939-1940 годах. Всего из сельскохозяйственного оборота было выведено 400 тыс. кв. км плодороднейших почв, в том числе красноземных21

Засухи и пыльные бури обернулись массовой миграцией фермеров и их семей с территории десяти штатов Среднего Запада, в том числе Оклахомы, Техаса, Нью-Мексико, Колорадо и ряда других. Всего порядка 3,5 млн. человек переселились в другие штаты, главным образом в Калифорнию, и при этом 500 тыс. из них навсегда потеряли свои домовладения. К 1936 году ежедневные потери фермеров составляли не менее 25 млн. долларов, а финансовые потери только от засухи в 1934 году составили половину расходов США на ведение военных действий в годы Первой мировой войны

22.

При этом следует иметь в виду, что экологическая катастрофа затронула отрасль экономики, на долю которой в 1930 году приходилось 8,0% ВВП, на фермах проживало 25% американского населения, и на них было занято 22% всей рабочей силы США23.  В целом можно сделать вывод о том, что внеэкономические факторы, такие как экологические катастрофы, изменения климата, пандемии и масштабные стихийные бедствия, способны превратить практически каждый серьезный экономический кризис в длительную по времени депрессию.

Экономический кризис 2020 года: основные составляющие продолжительной депрессии

Перечень основных факторов, способствовавших весной 2020 года началу самого глубокого за всю историю после окончания Второй мировой войны экономического кризиса в США, не может не поражать признаками, почти идентичными с периодом Великой депрессии 1930-х годов. Прежде всего, это касается степени неравенства в распределении доходов и богатств в американском обществе, в количественном измерении почти полностью совпадающей или даже превышающей показатели конца 1920-х годов.

К концу второго десятилетия XXI века доля верхнего 1% наиболее богатого социального слоя в распределении рыночных доходов, то есть доходов до уплаты налогов и получения трансфертных выплат, вплотную приблизилась к уровню конца 1929 года, составив 22%24, а доля верхних 10% наиболее состоятельных американцев впервые за 100 последних лет превысила 50% валовых рыночных доходов25. Соответственно, доля нижних 80% в распределении рыночных доходов составляла всего 47%26.

Неравенство в распределении богатств американского общества к началу кризиса 2020 года оказалось выраженным в гораздо большей степени, нежели в распределении доходов. По состоянию на 2016 год (последние имеющиеся официальные данные), самый богатый верхний 1% американского населения владел 39% всех накопленных американских богатств, следующие 9% владели также 39%, а вот остальным 90% американцев принадлежало всего 22% валовых богатств Америки, при этом эти доли в распределении богатств американского общества оставались неизменными на протяжении последних 30 лет27.

Официальные данные американской статистики подтверждаются и опросами американского общественного мнения. Так, согласно данным опроса социологической службы «Pew Research Center», опубликованным в начале 2020 года, 61% респондентов заявил о том, что экономическое неравенство в США является «слишком большим», при этом 2/3 (67%) заявили о том, что уменьшение степени экономического неравенства требует серьезных, в том числе и радикальных, изменений в американской экономической системе28.

Именно подобного рода асимметрия в распределении доходов и богатств в американском обществе и является главным объясняющим фактором быстрого сползания американской экономики к макроэкономическим показателям времен экономического кризиса 1929-1933 годов. И отнюдь не случайно, что первым признаком надвигающейся депрессии стал биржевой февральско-мартовский крах 2020 года, когда буквально в течение месяца, с 19 февраля по 23 марта, индекс Доу-Джонса рухнул с 29 337 пунктов до 18 497 пунктов, то есть вернулся к уровню конца 2016 года (!)29.

Обвал на фондовых рынках быстро подтолкнул политический Вашингтон к принятию ударных двухпартийных мер по стабилизации ухудшающегося социально-экономического положения, нацеленных на выведение экономики на траекторию устойчивого экономического роста. В марте-апреле были приняты три пакета стимулирующих мер, в том числе Закон о дополнительных ассигнованиях на обеспечение готовности к коронавирусу и реагированию на него (6 марта), Закон о первоочередной помощи семьям, пострадавшим от коронавируса (18 марта) и, наконец, Закон о чрезвычайных мерах, помощи и экономической безопасности в связи с коронавирусом (27 марта). В апреле и июне были приняты законопроекты о выделении дополнительных бюджетных средств на противодействие разрастающемуся экономическому кризису, общим объемом порядка 3,0 трлн. долларов, или 12,8% ВВП30.

В прошлом относительные объемы средств, выделявшихся из федерального бюджета США на программы «спасения» тонущей экономики, как правило, соответствовали прогнозируемому объему падения ВВП исходя из расчета, что каждый доллар сокращающегося ВВП должен быть компенсирован, как минимум, одним долларом бюджетных средств. В частности, во время «Великой рецессии» 2007-2009 годов общий объем выделенных бюджетных средств составил порядка 6% ВВП, и совершенно очевидно, что выделение столь огромных бюджетных средств на начальном этапе кризисных потрясений 2020 года лишний раз является косвенным свидетельством того, что текущие потрясения в сознании политического руководства США действительно сопоставимы по масштабам и последствиям с временами Великой депрессии.

Таким образом, на самом начальном этапе экономического кризиса 2020 года уже сформировалась рекордная для США долговая пирамида, по своим относительным размерам соответствующая «дну» Великой депрессии. Государственный долг, по состоянию на лето 2020 года, достиг 126,6 трлн. долларов, или 136% ВВП, - самого большого значения этого показателя за всю историю американских федеральных финансов. В целом, если суммировать долговые обязательства государственного, корпоративного и финансового секторов, сектора домашнего хозяйства и ряда других сфер экономической деятельности, то соотношение их валового долга и ВВП в настоящее время составляет 361% (!)31.

На практике это означает, что так же, как и в годы Великой депрессии, США, прежде чем преодолеть экономическое падение и выйти на траекторию устойчивого роста, придется погасить немалую часть задолженности как государственного, так и частного секторов, а этот процесс, учитывая колоссальные размеры пирамиды долга, может растянуться на годы если не на десятилетия. Помимо этого, скорее всего, дополнительным фактором пролонгации экономического кризиса может выступить монетарная политика ФРС, которая с января по июнь 2020 года «накачала» американскую экономику денежной массой на беспрецедентную в американской монетарной истории величину в 2,8 трлн. долларов, увеличив денежный агрегат М2 (наличные деньги, чековые вклады, сберегательные и срочные депозиты) с 15,4 до 18,2 трлн. долларов32,  создав колоссальные риски возможной «галопирующей» инфляции.

И, наконец, важнейшим фактором экономической неопределенности остается ситуация с коронавирусной пандемией, которая к концу 2020 года, согласно официальным данным, может унести порядка 300 тыс. жизней в США33. По мнению ряда ведущих американских вирусологов, в частности профессора М.Остерхолма, придерживающегося пессимистической точки зрения на перспективы скорого «рассасывания» коронавирусной пандемии в США, «если не считать глобальной термоядерной войны и долгосрочного воздействия изменения климата, пандемия инфекционных заболеваний может нанести огромный ущерб здоровью и экономической стабильности во всем мире. Все другие типы бедствий и потрясений ограничены по географии и продолжительности - будь то ураган, землетрясение или террористический акт. Пандемия может возникнуть везде сразу и длиться месяцами или годами»34.

Совокупность всех факторов приводит американских аналитиков к выводу о том, что экономический кризис, начавшийся в 2020 году, растянется, как минимум, на первую половину 2020-х годов, и даже в случае выхода на траекторию устойчивого развития американской экономики ко второй половине десятилетия так и не удастся выйти на докризисный показатель ВВП. Эти оценки наглядно суммированы на Графике 3.

График 3

Прогностическая оценка аналитиков Уортоновской школы финансов (Пенсильванский университет) перспектив развития экономики США в 2020-х годах при различных вариантах фискальной политики федерального правительства, в % ВВП

 

Таким образом, есть все основания полагать, что экономика США вступила в длительный период социально-экономических трудностей, которые, как и в годы Великой депрессии, приведут к глубоким изменениям в американском обществе, затрагивающим и его систему политической либеральной демократии. Одновременно система международных отношений будет испытывать все большие стрессы и напряжения, которые также ускорят глубокие структурные изменения в глобальной расстановке мировых политических и экономических центров силы и влияния.

 

1NBER Determination of the February 2020 Peak in Economic Activity. June 2020. P. 1 // https://www.nber.org/cycles/june2020.pdf.

2Bureau of Labor Statistics. The Employment Situation - June 2020. USDL-20-1310. P. 7 // www.bls.gov › news.release › pdf. Помимо этого, американские аналитики также обнаружили, что в апреле-мае Бюро трудовой статистики занизило уровни безработицы примерно на 3,0%, что, возможно, будет являться стандартной практикой «сезонной корректировки» показателей безработицы.

3Рассчитано по: U.S. Bureau of Labor Statistics. Annual unemployment data, 1929 to 1939. Labor Force Statistics from the Current Population Survey (SIC) // https://data.bls.gov/timeseries/LFU21000100&series_id=LFU22000100&from_year=1929&to_year=1939&periods_option=specific_periods&periods=Annual+Data/

4Bureau of Economic Analysis. News Release. Gross Domestic Product, Second Quarter 2020 (Advance Estimate) and Annual Update. July 30, 2020. BEA 20-37. P. 8 // https://www.bea.gov/data/gdp/gross-domestic-product.pdf.

5Bureau of Economic Analysis. “National Income and Product Accounts Tables: Table 1.1.1. Percent Change From Preceding Period in Real Gross Domestic Product” // https://apps.bea.gov/iTable/iTable.cfm?reqid=19&step=2#reqid=19&step=2&isuri=1&1921=survey.

6Roubini N. The Coming Greater Depression of the 2020s. Apr. 28, 2020 // https://nourielroubini.com/the-coming-greater-depression-of-the-2020s/

7Romer K. Changes in Business Cycles: Evidence and Explanations // Journal of Economic Perspectives. Spring 1999. Р. 30.

8См., в частности: Temin P. The Great Recession & the Great Depression // Daedalus. Fall 2010. Р. 115-124.

9Bureau of Economic Analysis. FAQ. How did the recent GDP revisions change the picture of the 2007–2009 recession and the recovery? August 5, 2011 // https://www.bea.gov/help/faq/1004.

10ВВП приводится в текущих ценах, поскольку 1930-е годы характеризовались дефляцией, когда индекс потребительских цен снизился в течение десятилетия на 2,1% (Average Annual Inflation Rates by Decade. February 22, 2019 // InflationData.com.).

11Sheiner L. and Yilla K. The ABCs of the post-COVID economic recovery / Brookings. May 4, 2020 // https://www.brookings.edu/blog/up-front/2020/05/04/the-abcs-of-the-post-covid-economic-recovery/

12Desilver D. U.S. income inequality, on rise for decades, is now highest since 1928 // FactTank. December 5, 2013.

13Saez E. Striking it Richer: The Evolution of Top Incomes in the United States (updated with 2012 preliminary estimates). September 3, 2013. P. 9.

14Saez E. Op. cit. (Updated with 2014 preliminary estimates.) June 25, 2015. P. 7 // https://econpapers.repec.org/paper/weltenote/201506.htm.

15CBPP. A Guide to Statistics on Historical Trends in Income Inequality. January 13, 2020. P. 16 // https://www.cbpp.org/research/poverty-and-inequality/a-guide-to-statistics-on-historical-trends-in-income-inequality.pdf.

16Hafer R. The Federal Reserve System. Greenwood: Greenwood Press, 2005. Р. 18.

17Friedman M., Schwartz A. A Monetary History of the United States, 1867-1960. Princeton: Princeton  University Press, 1963. Р. 438-39.

18Bernanke B. Nonmonetary Effects of the Financial Crisis in the Propagation of the Great Depression // The American Economic Review. June 1983. Р. 263.

19Federico J. Not Guilty? Agriculture in the 1920s and the Great Depression // The Journal of Economic History. December 2005. Р. 968.

20Gold Reserve Act of 1934. PL 73-87. 8 pp. // https://fraser.stlouisfed.org/title/1085.

21American History USA. Dust Bowl // https://www.americanhistoryusa.com/topic/dust-bowl/

22Worster D. Dust Bowl: The Southern Plains in the 1930s. Cambridge: Oxford University Press, 2004. Р. 11.

23Economic Report of the President. February 2006. Wash.: USGPO, 2006. Р. 175.

24CBPP. A Guide to… P. 13.

25Saez E. Op. cit. (Updated with final 2017 preliminary estimates.) March 2, 2019. P. 8.

26CBO. Projected Changes in the Distribution of Household Income, 2016 to 2021. December 2019. Р. 33 // www.cbo.gov/publication/55941.

27CBPP. A Guide to… P. 14-15.

28Pew Research Center. Most Americans Say There Is Too Much Economic Inequality in the U.S., but Fewer Than Half Call It а Top Priority. January 9, 2020. P. 23, 25 // https://www.pewsocialtrends.org/2020/01/09/most-americans-say-there-is-too-much-economic-inequality-in-the-u-s-but-fewer-than-half-call-it-a-top-priority/

29Bloomberg Markets. DJIA Index// https://www.bloomberg.com/quote/DM1:IND?r=data_drawer.

30IMF. Fiscal Monitor: Database of Country Fiscal Measures in Response to the COVID-19 Pandemic. P. 3 // https://www.imf.org/en/Topics/imf-and-covid19/Policy-Responses-to-COVID-19.

31Рассчитано по: Federal Reserve Statistical Release. Financial Accounts of the United States. First Quarter 2020. June 11, 2020. P. 7, 9.

32Federal Reserve Statistical Release. Money Stock Measures. August 6, 2020. P. 1 // https://www.federalreserve.gov/releases/h6/current/

33IHME. COVID-19 Projections. United States of America // https://covid19.healthdata.org/united-states-of-america.

34Osterholm M. and Olshaker M. Learning From the COVID-19 Failure - Before the Next Outbreak Arrives // Foreign Affairs. July/August 2020.

Это не Великая депрессия

Поиски компромисса между необходимостью защитить людей и огромными экономическими издержками, когда останавливаются практически все сферы деятельности, а особенно производственная, ведут к пересмотру прогнозов и рейтингов ведущими инвестдомами и экономистами.

Некоторые полагают, что последствия от COVID-19 станут экономическим шоком, отсылающим уже не к мировому финансовому кризису 2008 г., а к Великой депрессии 1929 г. События почти вековой давности на Уолл-стрит привели к заморозке кредитных рынков, массовым банкротствам, обвалу ВВП США и безработице.

Действительно, тревожных сигналов становится все больше. Один из ключевых — ситуация с безработицей в США. Только за 2 прошедшие недели за пособием обратилось около 10 миллионов человек, двукратный рост на прошлой неделе — 6,5 миллиона обращений — отражает риск стремительного роста безработицы до критических уровней. Мировые рынки уже упали на 35%. Ведущие финансовые компании, такие как Goldman Sachs, JP Morgan и Morgan Stanley, ожидают резкого снижения ВВП США. Известные рейтинговые агентства S&P Global Ratings и Moody's Investors Service снижают рейтинг американских компаний самыми быстрыми темпами за более чем десятилетие. Публикуемые данные по рынку труда и PMI в сфере услуг демонстрируют внушительное негативное влияние ограничительных карантинных мер на состояние крупнейших мировых экономик.

Текущие события в экономике можно назвать свободным падением, считает Джим Паулсен из Leuthold Group. Стратег группы ожидает, что экономический спад от пандемии коронавируса достигнет эпических масштабов, но «это не очередная Великая депрессия».

«У нас были бурные 20-е годы», — сказал главный инвестиционный стратег в интервью CNBC, и экономика работала максимально эффективно. То что сейчас происходит — это действительно рецессия, однако она была вызвана совершенно уникальным явлением. «Это первая и единственная в своем роде рецессия по официальному объявлению», — комментирует стратег. «Мы, по сути, сделали публичное заявление о том, что собираемся отключить экономику во время этого вируса».

Паулсен обращает внимание на тот факт, что подобной масштабной политики стимулирования правительством и Федеральным резервом, направленной на смягчение удара, не существовало около 90 лет назад. «В стране произошел культурный сдвиг в сторону сокращения бюджета и консерватизма», — сказал он. «Я, конечно, полагаю, что это будет действительно глубокая, неприятная коррекция, но я не думаю, что это Великая депрессия».

Паулсен признает, что выход из ситуации свободного падения будет напряженным. «Если вы решите «отключить» экономику и оставить всех дома, то получится полный коллапс», — утверждает стратег.

В начале февраля Паулсен прогнозировал, что вспышка коронавируса может стать очень серьезной. Он полагает, что США потребуются один-два квартала, чтобы остановить распространение вируса, в том числе, исходя из опыта, который продемонстрировал Китай, возобновивший экономическую активность.

Тем временем акции могут легко протестировать или даже пробить исторические минимумы. Тем не менее Паулсен прогнозирует, что акции будут выше текущих уровней в ближайшие 12-18 месяцев. Худшее, что вы можете сделать сейчас, это поддаться панике, предупреждает стратег, поскольку, «вероятно, большая часть ущерба уже была нанесена».

Его совет для инвесторов: оставаться диверсифицированным. В плане стратегических действий Джим Паулсен предполагает уменьшить позиции в так называемых защитных секторах, таких как коммунальные услуги, товары первой необходимости, фармацевтика и REIT (покупают, управляют или занимается застройкой недвижимого имущества за счет коллективных инвестиций) и рассмотреть возможности, добавив немного больше цикличности в портфеле.

БКС Брокер

Новая великая депрессия придёт уже в 2021 году — Финансы на vc.ru

{"id":199243,"url":"https:\/\/vc.ru\/finance\/199243-novaya-velikaya-depressiya-pridet-uzhe-v-2021-godu","title":"\u041d\u043e\u0432\u0430\u044f \u0432\u0435\u043b\u0438\u043a\u0430\u044f \u0434\u0435\u043f\u0440\u0435\u0441\u0441\u0438\u044f \u043f\u0440\u0438\u0434\u0451\u0442 \u0443\u0436\u0435 \u0432 2021 \u0433\u043e\u0434\u0443","services":{"facebook":{"url":"https:\/\/www.facebook.com\/sharer\/sharer.php?u=https:\/\/vc.ru\/finance\/199243-novaya-velikaya-depressiya-pridet-uzhe-v-2021-godu","short_name":"FB","title":"Facebook","width":600,"height":450},"vkontakte":{"url":"https:\/\/vk.com\/share.php?url=https:\/\/vc.ru\/finance\/199243-novaya-velikaya-depressiya-pridet-uzhe-v-2021-godu&title=\u041d\u043e\u0432\u0430\u044f \u0432\u0435\u043b\u0438\u043a\u0430\u044f \u0434\u0435\u043f\u0440\u0435\u0441\u0441\u0438\u044f \u043f\u0440\u0438\u0434\u0451\u0442 \u0443\u0436\u0435 \u0432 2021 \u0433\u043e\u0434\u0443","short_name":"VK","title":"\u0412\u041a\u043e\u043d\u0442\u0430\u043a\u0442\u0435","width":600,"height":450},"twitter":{"url":"https:\/\/twitter.com\/intent\/tweet?url=https:\/\/vc.ru\/finance\/199243-novaya-velikaya-depressiya-pridet-uzhe-v-2021-godu&text=\u041d\u043e\u0432\u0430\u044f \u0432\u0435\u043b\u0438\u043a\u0430\u044f \u0434\u0435\u043f\u0440\u0435\u0441\u0441\u0438\u044f \u043f\u0440\u0438\u0434\u0451\u0442 \u0443\u0436\u0435 \u0432 2021 \u0433\u043e\u0434\u0443","short_name":"TW","title":"Twitter","width":600,"height":450},"telegram":{"url":"tg:\/\/msg_url?url=https:\/\/vc.ru\/finance\/199243-novaya-velikaya-depressiya-pridet-uzhe-v-2021-godu&text=\u041d\u043e\u0432\u0430\u044f \u0432\u0435\u043b\u0438\u043a\u0430\u044f \u0434\u0435\u043f\u0440\u0435\u0441\u0441\u0438\u044f \u043f\u0440\u0438\u0434\u0451\u0442 \u0443\u0436\u0435 \u0432 2021 \u0433\u043e\u0434\u0443","short_name":"TG","title":"Telegram","width":600,"height":450},"odnoklassniki":{"url":"http:\/\/connect.ok.ru\/dk?st.cmd=WidgetSharePreview&service=odnoklassniki&st.shareUrl=https:\/\/vc.ru\/finance\/199243-novaya-velikaya-depressiya-pridet-uzhe-v-2021-godu","short_name":"OK","title":"\u041e\u0434\u043d\u043e\u043a\u043b\u0430\u0441\u0441\u043d\u0438\u043a\u0438","width":600,"height":450},"email":{"url":"mailto:?subject=\u041d\u043e\u0432\u0430\u044f \u0432\u0435\u043b\u0438\u043a\u0430\u044f \u0434\u0435\u043f\u0440\u0435\u0441\u0441\u0438\u044f \u043f\u0440\u0438\u0434\u0451\u0442 \u0443\u0436\u0435 \u0432 2021 \u0433\u043e\u0434\u0443&body=https:\/\/vc.ru\/finance\/199243-novaya-velikaya-depressiya-pridet-uzhe-v-2021-godu","short_name":"Email","title":"\u041e\u0442\u043f\u0440\u0430\u0432\u0438\u0442\u044c \u043d\u0430 \u043f\u043e\u0447\u0442\u0443","width":600,"height":450}},"isFavorited":false}

«Великая депрессия» (2009) — смотреть документальный фильм бесплатно онлайн в хорошем качестве на портале «Культура.РФ»

24 октября 1929 года на Нью-Йоркской фондовой бирже произошел обвал. На Уолл-стрит началась паника. Но в первые дни обычные люди размеров катастрофы, надвигавшейся на США, конечно, не поняли.

Даже когда в элитном круге ведущих финансистов страны началась волна самоубийств, общество только злорадствовало: алчность наказана! Это потом этот день войдет во все учебники под именем «черный четверг». Это потом все, что случится с Америкой, назовут Великой депрессией и будут раскладывать на составляющие, искать причины и множество раз ошибаться в выборе путей выхода из него.

А тогда, в 1929 году, уже через несколько месяцев страну захлестнула волна банкротств, миллионы людей оказались на улице, банки рухнули под атакой вкладчиков, желающих немедленно вернуть свои деньги, по всей стране кризис разорил фермерские хозяйства, встала промышленность, обесценились деньги. И в эти же первые месяцы правительство США выбрало тактику, которую потом все ведущие экономисты мира признают роковой и ошибочной – политику невмешательства государства в дела рынка и святой убежденности в том, что рынок просто обязан сам себя спасти...
В документальном фильме «Великая депрессия» авторы постарались вместе со зрителями разобраться в событиях ХХ века и провести прямые параллели с днем нынешним.

Экономисты всего мира не первое столетие бьются над решением простой задачи: почему экономика не может расти поступательно. Ее путь – извечная синусоида. Подъемы и спады. Вершины и разорения. В одном только ХХ веке спадов было немало: кризис военного коммунизма в России, Великая депрессия 1929 года в США, послевоенный кризис 40-х годов в Европе, английский кризис времен Тэтчер, 1991 и 1998 годы в России и, наконец, нынешний мировой финансовый кризис. От чего они зависят и можно ли научиться их предсказывать, как предсказывают землетрясения и цунами, – об этом в документальном фильме «Великая депрессия».

ВЗГЛЯД / МВФ испугался новой Великой депрессии :: Экономика

Мир стоит на пороге новой Великой депрессии, о чем кричит рост уровня неравенства в мире, считают в Международном валютном фонде. Это самый затяжной кризис в истории США, повторения которого американцы пытаются избежать всеми правдами и неправдами. Удастся ли на этот раз Северной Америке пострадать меньше других от второй «депрессии»?

Мир рискует вернуться к ситуации, которая сложилась в эпоху Великой депрессии. Такое негативный прогноз дала директор Международного валютного фонда (МВФ) Кристалина Георгиева. Она считает, что в 2020-е годы финансовому сектору предстоит предотвратить традиционный вид кризисов и противостоять новым кризисам. «Поддержание стабильности будет оставаться важной и сложной задачей в предстоящее десятилетие», – считает глава МВФ.

По ее словам, недавнее исследование МВФ показало, что накануне финансового кризиса, как правило, возрастает неравенство. Чем неравенство выше, тем сильнее риски финансовой нестабильности. Иными словами, большой разрыв в доходах между людьми и увеличение числа бедных – это питательная среда для социальной напряженности и любого рода экстремизма, что легко может спровоцировать новый экономический кризис как в эпоху Великой депрессии. Как известно, формирование среднего класса является залогом устойчивости государства.

«Указывая на рост имущественного неравенства, Георгиева обозначает только часть проблемы. Основой наступающего кризиса является демография: население планеты стареет, сокращается количество платежеспособной молодежи. В результате падает потребительский спрос, замедляется мировая экономика», – добавляет руководитель аналитического департамента AMarkets Артем Деев.

Великая депрессия – это мировой экономический кризис, начавшийся в октябре 1929 года с биржевого краха в США и продолжавшийся аж до 1939 года. Это самый затяжной кризис в истории США.

Уже к 1928 году объем фондового рынка США значительно превысил ВВП страны. Однако биржу продолжали накачивать деньгами. В октябре 1929 года произошло сразу несколько «черных» дней, сопровождавшихся биржевым крахом. Ценные бумаги обесценились, а тысячи американских инвесторов в одночасье разорились. Биржевой пузырь образовался как раз потому, что американцы стали массово вкладывать все свои сбережения в акции корпораций. Более того, они стали активно брать кредиты для скупки этих акций, ведь их стоимость росла с геометрической прогрессией. Это был легкий способ заработать деньги. Пока не наступил часть расплаты – пузырь схлопнулся.

Следом за крахом биржи стали закрываться и банки, ведь их разорившиеся клиенты, главные игроки на рынке акций, теперь не могли платить по кредитам. Банковский кризис привел к тому, что теперь практически никто не мог получить кредит. А это уже не смог пережить промышленный сектор – без кредитных средств начали банкротиться заводы и многие компании. Все это привело к небывалому уровню безработицы в США.

Что же, кроме биржевого краха, спровоцировало Великую депрессию – экономисты спорят до сих пор. Одни говорят о кризисе перепроизводства. Еще до краха на биржевых рынках отмечалось 20-процентное падение промышленности в силу падения спроса на товары. Другие указывают в качестве причины на конец Первой мировой войны. Война приносила американской экономике доходы в виде оборонных заказов, а мир обернулся кризисом для оборонно-промышленного комплекса США. К слову, выйти из Великой депрессии (а это самый долгий кризис в истории США) удалось благодаря Второй мировой войне.

В числе причин Великой депрессии – неправильная денежная политика ФРС США, а также охватившие мир валютные и торговые войны. «Первоначально рынки были чрезмерно сильно разогреты, то есть монетарная политика оказалась слишком мягкой для того времени. Когда же наступила коррекция рынка, за которой последовал экономический спад, правительства и центробанки предприняли ряд шагов, которые в современной литературе называют тактикой «обедни соседа». Одно за другим правительства стремились снизить курс собственных валют и обложить пошлинами импорт, чтобы поддержать местных производителей. Теперь считается, что эти меры усугубили и продлили экономический спад», – отмечает ведущий финансовый аналитик FxPro Александр Купцикевич. Более верным считается ответ основных мировых ЦБ на финансовый кризис 2009-го, когда монетарная политика была резко смягчена и не было взаимных барьеров по торговле, добавляет он.

Собственно, рост протекционизма в виде торговых барьеров, который наблюдается сегодня – является предпосылкой для экономического кризиса. «Еще более тревожный предупредительный сигнал – это все более активное обращение к плюсам слабой национальной валюты для роста экономики», – говорит Купцикевич.

Косвенным признаком надвигающегося нового серьезного экономического кризиса в мировом масштабе является длительная череда обновления исторических максимумов по фондовым индексам США: подобная картина наблюдалась перед началом Великой депрессии, замечает старший риск-менеджер «Алго Капитал» Виталий Манжос.

Кроме того, кризисы так или иначе происходят с определенной цикличностью – раз в десять лет. «В 2020-2021 годах уже «напрашиваются» масштабные проблемы, которые характерны для конца десятилетнего экономического цикла. Серьезные глобальные экономические потрясения наблюдались в 2008 и 1998 годах. Строго говоря, десятилетний циклический кризис уже «припозднился», ­– говорит Манжос.

Новая рецессия запаздывает потому, что развитые страны накачивают свои экономики дешевыми заемными средствами путем снижения процентных ставок и выкупа проблемных активов на рынках акций и облигаций. Однако подобное «лекарство» оказывается действенным лишь до определенной степени, отмечает Манжос. Например, ЕЦБ уже давно исчерпал ресурс поддержки экономики еврозоны за счет снижения процентной ставки, но пока спасает программа выкупа проблемных активов.

Экономика США в целом выглядит намного лучше, чем европейская.

Однако у Америки имеются свои проблемы. В первую очередь – это крайне высокий уровень госдолга, который составляет 23,2 трлн долларов. По итогам 2019 года дефицит бюджета США снова вырос и превысил уже один триллион долларов. Показатель достиг такого уровня впервые с 2012 года.

Именно поэтому США необходимо поддерживать высокий курс доллара как средства международных расчетов. «Серьезное ослабление доллара способно нанести США болезненный удар, так как номинированные в долларах долговые обязательства правительства США, а также акции и облигации североамериканских компаний потеряют привлекательность», – отмечает Манжос. Учитывая, что многие американцы являются держателями долларовых акций и облигаций, то, по его мнению, падение финансовых рынков может стать не менее сильным ударом по стране, нежели сокращение реального производства.

Вот только крепкий доллар противоречит плану Дональда Трампа по реиндустриализации страны. Для этого ему нужен, наоборот, слабый доллар. Поэтому президент Трамп пытается «нащупать» третий путь для американской экономики с помощью торговых войн – улучшить торговый баланс страны и заодно защитить североамериканских производителей от дешевых импортных товаров, считает Виталий Манжос.

«Новая индустриализация вовсе не предполагает возрождения в стране примитивных производств или их возврата из Азии. Речь идет про инновационные предприятия, подобные корпорации Apple или компании Harley-Davidson, которая недавно начала выпуск ультрасовременных мотоциклов на электрической тяге», – заключает собеседник. «Кризисы – неизбежный спутник капиталистической системы, который позволяет списать долги и начать все заново. Сейчас ни банки, ни правительства не знают рецептов выхода из сложившейся ситуации – ее можно только отсрочить. США хочет сделать так, чтобы пострадать от «Великой депрессии – 2» меньше всех», – говорит Деев.

Безработица в США достигла максимума со времен Великой депрессии :: Экономика :: РБК

По данным The Washington Post, гостиничный сектор США потерял около 7,7 млн рабочих мест, розничная торговля — 2,1 млн, производство — 1,3 млн. Помимо этого, сократились рабочие места в системе здравоохранения примерно на 1,4 млн, так как в условиях кризиса люди откладывают обращения за медицинской помощью, кроме срочной.

Около 18 млн человек, потерявших работу в апреле, сообщали, что их увольнение было временным, поскольку компании ожидали, что приостановка экономики будет краткосрочной. Еще 2 млн утверждали, что они окончательно лишились последнего места работы.

Читайте на РБК Pro

В США предсказали безработицу уровня Великой депрессии после пандемии

Тем не менее уровень безработицы, зафиксированный в апреле, оказался не таким драматичным, как предсказывалось ранее. В середине месяца газета The Wall Street Journal писала, что ожидаемые потери составят 22 млн рабочих мест, а уровень безработицы достигнет отметки 18%.

Во время Великой депрессии в США максимальный уровень безработицы был зафиксирован в 1932 году и составил 25,5%.

В конце апреля советник президента США по экономике Кевин Хассет предупреждал, что после завершения пандемии коронавируса безработица в стране может приблизиться к показателям времен Великой депрессии. Он назвал нынешний кризис крупнейшим в экономике США.

Для того, чтобы защитить интересы американцев, теряющих работу из-за коронавируса, Трамп подписал указ о приостановке иммиграции. По его словам, это будет гарантировать, что безработные граждане страны будут первыми в очереди на получение работы.

Скорость распространения коронавируса в мире

Случаев за сутки

Источник: JHU

Данные по миру i

Автор

Мария Лисицына

Великие мифы о Великой депрессии | Библиотека

Спустя восемьдесят лет после начала Великой депрессии ее оценки в научной литературе подверглись радикальному пересмотру. Десятилетиями в исторических трудах господствовало мнение о том, что к кризису привел свободный рынок, а Рузвельт спас страну благодаря политике «нового курса», однако сегодня все больше ученых приходит к обратным выводам. Распространенные заблуждения о причинах Великой депрессии разбирает в свой статье Лоуренс Рид.

Введение

О Великой депрессии 1929-1941 годов и ее воздействии на жизнь миллионов американцев написано множество томов. Историки, экономисты и политики продолжают искать «черный ящик», который позволит выяснить причину катастрофы. Увы, слишком многие из них прекращают поиски, по-видимому решив, что проще повторять чужие - ложные и вредоносные — выводы о событиях семидесятилетней давности. Как следствие, сегодня многие продолжают принимать необоснованную критику рыночного капитализма и поддерживать экономически деструктивную политику властей.

Насколько тяжела была Великая депрессия? За четыре года — с 1929 по 1933-й — объем производства на американских заводах, шахтах и электростанциях сократился более чем вдвое. Реальные доходы населения после уплаты налогов снизились на 28%. Стоимость ценных бумаг сократилась на 90% по отношению к максимальному уровню, достигнутому до краха. Число безработных американцев выросло с 1,6 миллионов в 1929 году до 12,8 миллионов в 1933-м. На пике депрессии безработные составляли четверть трудоспособного населения США, и впервые после окончания Гражданской войны в стране замаячил призрак мятежа.

«Весь ужас Великого краха состоит в том, что ему не найдено объяснения, — пишет экономист Алан Рейнолдс. — У людей осталось ощущение, что резкий экономический спад может произойти в любой момент, без предупреждения, без причины. Позже этот страх эксплуатировался как главное обоснование практически неограниченного вмешательства федерального правительства в экономические дела».

Старые мифы не умирают; они воспроизводятся в учебниках по экономике и политологии. Именно там, за редкими исключениями, вы столкнетесь с величайшим, пожалуй, мифом ХХ века: ответственность за Великую депрессию лежит на капитализме и рыночной экономике, и лишь вмешательство государства привело к экономическому оздоровлению Америки.

Современная сказка

Согласно этому упрощенному подходу Америку сокрушил и затянул в депрессию фондовый рынок, один из столпов капитализма. Президент Герберт Гувер, сторонник принципа laissez-faire, то есть невмешательства государства в экономику, отказывался использовать инструменты государственной власти, и в результате экономическое положение страны ухудшилось. Преемник Гувера Франклин Делано Рузвельт въехал на белом коне государственного вмешательства и направил страну к восстановлению. Вывод, казалось бы, очевиден: доверять капитализму нельзя; государство должно играть активную роль в экономике, чтобы спасти нас от неминуемого упадка.

Но те, кто распространяет эту версию истории, могли бы с таким же успехом увенчать свои рассуждения следующими словами: «Златовласка выбралась из леса, Дороти вернулась из Страны Оз в Канзас, а Красная Шапочка выиграла в нью-йоркскую лотерею». Ведь подобному объяснению депрессии место не в серьезных исследованиях по истории экономики, а в сборнике сказок.

Великая-превеликая депрессия

Для того, чтобы адекватно понять события того времени, с точки зрения фактов справедливо рассматривать Великую депрессию не как один, а как четыре последовательных спада, слившихся в один. Вот эти четыре «фазы»:

I. Монетарная политика и экономический цикл

II. Дезинтеграция мировой экономики

III. Новый курс

IV. Закон Вагнера

Первая фаза, прежде всего, объясняет, почему произошел крах 1929 года; остальные три показывают, как государственное вмешательство усугубило его и вызвало более чем десятилетний ступор в экономике. Рассмотрим каждую по очереди.

Фаза I: Экономический цикл

Великая депрессия была не первой депрессией в стране, хотя и оказалась самой продолжительной. Ей предшествовало еще несколько.

Общей чертой всех этих более ранних крахов было решительное вмешательство государства — часто в форме неэффективного, мотивированного политическими факторами управления денежными и кредитными потоками. Однако ни одна из этих депрессий не продолжалась дольше четырех лет, и большинство из них по времени укладывалось в два года. Катастрофа, начавшаяся в 1929 году, длилась, как минимум, втрое дольше любой из предшествующих американских депрессий, поскольку правительство усугубило свои первоначальные ошибки дополнительным вредоносным вмешательством.

Провал государства в области монетарной политики

Популярное объяснение краха фондового рынка в 1929 году строится на критике привлечения заемных средств для покупки ценных бумаг. Авторы многих исторических исследований беззаботно заявляют, что безудержная спекуляция акциями была связана с использованием слишком большого кредитного плеча. Но Джин Смайли (Smiley), экономист из Университета Маркет (Marquette University), объясняет в своей книге 2002 года «Переосмысление Великой депрессии» (Rethinking the Great Depression), почему это наблюдение нельзя назвать плодотворным:

К тому времени уже имелся немалый опыт использования кредитного плеча, и в конце 20-х годов маржинальные требования (отношение собственных средств к заемным) были не ниже, чем в начале 20-х или в предшествующие десятилетия. Более того, осенью 1928 года маржинальные требования начали повышаться, и заемщики должны были оплачивать наличными большую часть стоимости приобретаемых акций.

Так что, аргумент о кредитном плече не выдерживает критики. Однако манипуляции с денежными и кредитными потоками совсем другое дело.

Большинство экономистов-монетаристов — в особенности представители «австрийской школы» — отмечают тесную взаимосвязь между денежным потоком и экономической деятельностью. Когда государство производит денежные и кредитные вливания, процентные ставки сперва падают. Компании инвестируют эти «легкие деньги» в новые проекты в сфере производства, и на товарном рынке происходит бум. По мере стабилизации положения издержки на ведение бизнеса растут, процентные ставки корректируются в сторону увеличения, а прибыли снижаются. Таким образом, эффект «легких денег» сходит на нет, а денежные власти, опасаясь ценовой инфляции, замедляют рост предложения денег или вовсе сокращают его. В любом случае, этих манипуляций достаточно для того, чтобы лишить экономический карточный домик его шаткого основания.

Одну из интересных интерпретаций действий Федеральной резервной системы накануне краха 1929 года мы найходим в книге экономиста Мюррея Ротбарда «Великая депрессия Америки». Пользуясь сложным критерием, включающим в себя, помимо прочего, такие факторы, как валютные, бессрочные и срочные вклады, он подсчитал, что с середины 1921 по середину 1929 года ФРС раздула денежное предложение более, чем на 60%. По мнению Ротбарда, такое увеличение денежных и кредитных потоков привело к снижению процентных ставок, вывело показатели фондового рынка на небывалые высоты и породило феномен «бурных двадцатых».

Безудержный рост денежно-кредитной массы стал тем, что экономист Бенджамин Андерсон назвал «началом "нового курса"» — так именуется широко известная интервенционистская политика, которая проводилась впоследствии при президенте Франклине Рузвельте. Однако другие ученые сомневаются в том, что этот шаг ФРС стал причиной инфляции, и указывают на относительно стабильные цены на сырьевые и потребительские товары в 1920-е, что, по их мнению, свидетельствует о том, что монетарная политика была не такой уж безответственной.

Безусловно, значительное снижение высокой ставки подоходного налога при Кулидже помогло экономике и, возможно, сгладило ценовой эффект политики ФРС. Сокращение налогов стимулировало инвестиции и реальный экономический рост, что, в свою очередь, привело к новым технологическим прорывам и предпринимательским находкам в плане удешевления производства. Несомненно, взрывообразный рост производительности труда оказал стабилизирующее влияние на цены, которые иначе были бы выше.

Говоря о политике ФРС, экономисты-рыночники, расходящиеся в оценках масштаба монетарной экспансии ФРС в начале и середине 1920-х годов, единодушны относительно того, что произошло вслед за ней: в конце десятилетия началось резкое сокращение денежной массы, и ответственность за это нес Центральный банк. Действия федеральных властей в ответ на начинавшуюся рецессию лишь привели к ее усугублению.

На дне

В 1928 году Федеральная резервная система уже вовсю повышала процентные ставки и перекрывала денежные потоки. Например, ее учетная ставка (под нее ФРС выдает кредиты банкам-участникам) повышалась с января 1928 года по август 1929-го четыре раза, с 3,5% до 6%. Центральный банк предпринял дальнейшие дефляционные шаги, продавая государственные ценные бумаги в течение нескольких месяцев после краха фондового рынка. В следующие три года денежное предложение сократилось на 30%. Позже, пока во всех секторах экономики рушились цены, политика ФРС привела к резкому росту реальных процентных ставок (привязанных к инфляции).

Самая полная хроника монетарной политики этого периода содержится в классическом труде нобелевского лауреата Милтона Фридмана и его коллеги Анны Шварц «Монетарная история Соединенных Штатов, 1867-1960».

Фридман и Шварц убедительно показывают, что сокращение денежной массы в стране на треть с августа 1929 года по март 1933-го стало гигантским тормозом для экономики и было, в первую очередь, результатом чудовищной некомпетентности ФРС. После того, как в октябре 1928 года скончался Бенджамин Стронг (Strong), влиятельный банкир, возглавлявший нью-йоркский банк ФРС, Федеральная резервная система осталась без компетентного руководства — и тем самым плохая политика стала еще хуже.

Поначалу только самые прозорливые финансисты типа Бернарда Барука (Baruch) и Джозефа Кеннеди (Kennedy), наблюдавшие за изменениями денежной массы и прочими шагами государства, поняли, что скоро начнутся проблемы. Ведь Барук еще в 1928 году начал продавать акции и покупать облигации и золото; так же поступал и Кеннеди, комментируя, что «только дурак покупает доллары на пике».

Наконец, и массы инвесторов осознали, что в ФРС происходит что-то не то, и тогда началась паника. В статье U.S. News & World Report, посвященной 50-й годовщине падения фондового рынка, это было описано следующим образом:

На самом деле, Великий крах вовсе не был делом одного дня, несмотря на частые упоминания о «черном четверге», 24 октября, и «черном вторнике» следующей недели. Уже 5 сентября рынок акций был слаб при большом объеме торгов, хотя за два дня до этого показал новый максимум. Снижение в первых числах октября было названо «целесообразной корректировкой». Wall Street Journal, предсказывая осеннее оживление, отмечала, что «одни акции растут, другие падают».

Потом, 3 октября произошло наибольшее падение акций с начала года. Началось предъявление маржинальных требований; некоторые трейдеры встревожились. Но на следующий день цены вновь выросли и две недели были относительно стабильны.

Настоящее бедствие началось в среду, 23 октября. Один наблюдатель назвал происходившее «Ниагарским водопадом банкротств». Шесть миллионов акций перешли из рук в руки. Индекс Dow Jones Industrial Average упал на 21 пункт. «Завтра будет разворот», — говорили брокеры друг другу. По их словам, котировки опустились до «необоснованно низкого» уровня.

Но на следующий день, в «черный четверг», акции распродавались еще активнее... тикер показывал падение более пяти часов подряд, и, снижение котировок прекратилось только в 19:08.

На своем пике акции, входящие в расчет индекса Dow Jones Industrial Average, стоили в 19 раз дороже годовой прибыли компаний — дороговато, но не настолько, чтобы аналитики фондового рынка сочли это признаком чрезмерной спекуляции. Перекосы в экономике, вызванные монетарной политикой ФРС, поставили страну на путь рецессии, но дальнейшие меры государства превратили рецессию в полномасштабную катастрофу. Пока рушились котировки, Конгресс играл с огнем: утром «черного четверга» газеты сообщали, что в Капитолии берут верх силы, выступающие за повышение комиссионных сборов за совершение сделок с ценными бумагами.

Крах фондового рынка был лишь отражением, а не непосредственной причиной деструктивной государственной политики, которая, в конечном итоге, спровоцировала Великую депрессию: взлеты и падения рынка происходили почти синхронно с действиями ФРС и Конгресса. А то, что они творили в 1930-е годы, можно смело записать в разряд величайших глупостей мировой истории.

Приятель, двадцать миллионов не одолжишь?

Мичиган пострадал от «черного четверга» больше, чем почти любой другой штат. Акции автомобильных и добывающих компаний упали до катастрофически низких отметок. В 1929 году автомобильная промышленность поставила исторический рекорд, произведя более 5 миллионов машин, а уже в 1930-м объем производства упал до 2 миллионов. К 1932 году — примерно на нижней точке Депрессии — он упал еще на два миллиона до 1 331 860 — на целых 75% относительно пика 1929 года.

Крах 1929 года тяжело ударил по инвесторам всего мира, включая многих известных людей. Среди них был Уинстон Черчилль. До краха он инвестировал большие средства в американские ценные бумаги. Позже лишь писательские способности и положение в правительстве позволили ему восстановить состояние.

Кларенс Бердсай (Birdseye), один из родоначальников индустрии замороженных продуктов, продал свой бизнес за 30 миллионов и вложил все свои деньги в акции. Он потерял все.

Уильям Дюран (Durant), основатель General Motors, потерял на фондовом рынке 40 миллионов и оказался фактически нищим. (Сама GM в годы Депрессии сумела сохранить положительный баланс под руководством Альфреда Слоуна (Sloan) с его политикой снижения издержек.)

Фаза II: Дезинтеграция мировой экономики

Хотя современный миф утверждает, что свободный рынок в 1929 году «самоуничтожился», основным виновником бедствия было государство. Если бы этот крах был похож на предыдущие, то трудные времена закончились бы через два, максимум три года, а то и еще раньше. Но поразительно неумелые действия правительства продлили несчастье еще на 10 лет.

В 1930 году средний уровень безработицы достиг нестрашной по меркам рецессии отметки в 8,9% против 3,2% в 1929-м. Затем он начал резко расти и в 1933-м достиг пика в 25%. Вплоть до марта 1933 года президентом был Герберт Гувер, человек, которого часто называют сторонником невмешательства государства к экономику, принципа laissez-faire.

«Самая нерачительная администрация в истории»

Действительно ли Гувер разделял философию свободного рынка и отстаивал принцип «руки прочь от экономики»? Его противник на выборах 1932 года Франклин Рузвельт так не считал. Во время кампании Рузвельт жестко критиковал Гувера за излишние расходы и чрезмерное налогообложение, увеличение внутреннего долга, удушение торговли и создание армии безработных. Он обвинял президента в «бездумном и экстравагантном» расходовании средств, в стремлении «как можно скорее сконцентрировать контроль в Вашингтоне» и руководстве «самой нерачительной администрацией мирного времени в истории». Кандидат в вице-президенты Джон Нэнс Гарнер (Garner) заявлял, что Гувер «ведет страну на путь социализма». Вопреки тому, что принято думать о Гувере, Рузвельт и Гарнер были абсолютно правы.

Коронной глупостью администрации Гувера был тариф Смута-Хоули (Smoot-Hawley Tariff), принятый в июне 1930 году. Он стал дополнением тарифа Фордни-Маккамбера (Fordney-McCumber) 1922 года, который в предыдущее десятилетие привел к кризису американское сельское хозяйство. Тариф Смута-Хоули, самый протекционистский закон в истории США, фактически закрыл границы для иностранных товаров и спровоцировал ожесточенную торговую войну. Масштабы последствий описывает профессор Барри Поулсон (Poulson):

По этому закону были повышены тарифы на целый ряд товаров, подлежащих обложению таможенными пошлинами; например, пошлины на сельскохозяйственную продукцию были повышены в среднем с 20 до 34%; на алкогольную продукцию — с 36 до 47%; на шерсть и изделия из шерсти — с 50 до 60%. В общей сложности было резко повышено 887 тарифов, а список товаров, подлежащих обложению пошлинами, был расширен до 3218 пунктов. Важнейшей особенностью тарифа Смута-Хоули было то, что пошлины рассчитывались в конкретной денежной сумме, а не в проценте от цены. Когда в ходе Великой депрессии цены упали вдвое, фактическая ставка удвоилась, тем самым усилив протекционистский характер закона.

Тариф Смута-Хоули имел не только глубокий, но и широкий характер, поскольку применялся к огромному множеству товаров. До его принятия настенные часы облагались 45%-ной пошлиной; закон повысил ее до 55% плюс еще 4,50 долларов за единицу товара. Пошлины на зерновые были повышены примерно вдвое. Были введены пошлины даже на кислую капусту — впервые в истории. Товаров, не облагавшихся пошлинами, осталось совсем мало — и среди них, как ни странно, — пиявки и скелеты (один острослов ехидно заметил, что это, возможно, была политическая подачка Американской медицинской ассоциации).

Пошлины на льняное масло, вольфрам и казеин ударили, соответственно, по американской лакокрасочной, сталелитейной и бумажной промышленности. По закону Смута-Хоули были введены пошлины более чем на 800 комплектующих, используемых в автомобильной промышленности. На фабриках по производству дешевой одежды из импортной регенерированной шерсти работало 60 000 человек — большая их часть осталась без работы после повышения пошлины на регенерированную шерсть на 140%.

Чиновники из администрации и Конгресса были уверены, что повышение торговых барьеров вынудит американцев покупать больше отечественных товаров, и это, наконец, решит проблему безработицы. Но они, по-видимому, не знали важного принципа международной торговли: торговля — это улица с двусторонним движением; если иностранцы не могут продать свои товары у нас, то они не могут заработать доллары, которые нужны им для того, чтобы покупать наши товары. Иными словами, государство не может перекрыть импорт, не перекрыв параллельно экспорт.

Око за око

Резкое повышение пошлин по Закону Смута-Хоули ударило по иностранным компаниям и их работникам, и вскоре иностранные государства установили собственные торговые барьеры. Поскольку им стало гораздо труднее продавать свои товары на американском рынке, они урезали импорт американских товаров. Особенно пострадало сельское хозяйство США. Росчерком президентского пера американские фермеры потеряли почти треть своих рынков. Падение цен на сельхозпродукцию повлекло за собой банкротство десятков тысяч фермеров. Если в 1929 году бушель пшеницы стоил 1 доллар, то в 1932-м — всего 30 центов.

В условиях сельскохозяйственного коллапса разорилось рекордное число провинциальных банков, а вместе с ними — сотни тысяч их клиентов. В 1930-1933 годах в Соединенных Штатах закрылось девять тысяч банков. Фондовый рынок, в значительной мере восстановивший позиции, потерянные после «черного четверга», упал на 20 пунктов в тот день, когда Гувер подписал Закон Смута-Хоули, и падал почти безостановочно следующие два года. (Пик рынка, судя по индексу Dow Jones Industrial Average, был достигнут 3 сентября 1929 года — 381 пункт. Минимальное значение за 1929 год — 198 — было достигнуто 13 ноября, затем, к апрелю 1930 года, индекс вырос до 294. Пока в июне законопроект был на рассмотрении Гувера, вновь началось падение, продолжавшееся вплоть до 41 пунктов двумя годами позже. До 381 пунктов индекс Dow Jones вновь вырастет лишь через четверть столетия.)

Сокращение мировой торговли, вызванное тарифными войнами, стало одной из предпосылок Второй мировой войны, которая началась несколько лет спустя. В 1929 году другие страны были должны гражданам США 30 миллиардов долларов. Веймарская республика с трудом выплачивала огромные репарации, наложенные на нее грабительским Версальским договором. Когда из-за пошлин иностранные бизнесмены практически лишились возможности продавать свои товары на американском рынке, бремя их долгов стало значительно тяжелее, и это воодушевило таких демагогов, как Адольф Гитлер. «Когда границы закрываются для товаров, их открывают армии», предупреждает старая горькая истина.

Свободные рынки или бесплатные обеды?

Одного Закона Смута-Хоули достаточно, чтобы покончить с мифом о том, что Гувер был убежденным сторонником свободного рынка, но на этом история интервенционистских ошибок его администрации не кончается. В течение месяца после краха фондового рынка он проводил совещания с ведущими бизнесменами, пытаясь вынудить их сохранять зарплаты на искусственно завышенном уровне, невзирая на падение как доходов, так и цен. В 1929-1933 годах потребительские цены упали почти на 25%, в то время как зарплаты в номинальном выражении снизились всего на 15% — в реальном выражении это означало существенное повышение оплаты труда, что является одним из важных компонентов издержек на ведение бизнеса. Как отмечает экономист Ричард Эбелинг, «политика "высоких зарплат", проводившаяся администрацией Гувера и профсоюзами... привела лишь к удорожанию рабочей силы и новому витку безработицы».

Гувер резко увеличил расходы государства на субсидии и программы вспомоществования. Всего за год — с 1931 по 1932-й — доля федерального правительства в ВНП повысилась с 16,4 до 21,5%. Сельскохозяйственная бюрократия Гувера выделяла сотни миллионов долларов производителям пшеницы и хлопка, хотя новые тарифы опустошили их рынки. Его Корпорация финансирования реконструкции (Reconstruction Finance Corporation) бездумно раздавала миллиарды долларов на субсидии для бизнеса. Рексфорд Гай Тагвелл (Tugwell), один из архитекторов политики Рузвельта в 30-е годы, объяснял несколько десятилетий спустя: «Тогда мы в этом не признавались, но практически весь "новый курс" был экстраполяцией программ, начатых Гувером».

Поначалу Гувер снизил налоги для самых бедных американцев, но, как подчеркивают Лэрри Швайкарт и Майкл Аллен в своем монументальном труде «История Соединенных Штатов с точки зрения патриота: от великого открытия Колумба до войны с террором», он «не предложил стимулов инвестировать в новые заводы для создания рабочих мест». Он даже обложил налогом банковские чеки, что «ускорило снижение доступности денег, поскольку людям стало невыгодно выписывать чеки».

В сентябре 1931 года, когда предложение денег сократилось, а экономику шатало под воздействием Закона Смута-Хоули, ФРС произвела крупнейшее повышение своей процентной ставки в истории. За четыре года объем банковских вкладов сократился на 15%, и всю первую половину 1932 года продолжалось масштабное дефляционное сокращение денежной массы.

Но высокие пошлины, огромные субсидии и дефляционная монетарная политика — это еще не все ошибки администрации Гувера. В 1932 году Конгресс принял, а Гувер подписал Закон о прибыли (Revenue Act). То было крупнейшее в истории повышение налога в мирное время: подоходный налог увеличился вдвое. На самом деле, для налогоплательщиков с самым высоким уровнем доходов он повысился более чем в два раза — с 24 до 63%. Были снижены налоговые вычеты, отменены налоговые льготы по трудовому доходу, повышены корпоративные налоги и налоги на недвижимость, введены новые налоги на подарки, бензин и автомобили, а кроме того, резко повышены почтовые тарифы.

Может ли серьезный ученый, проанализировав масштабное вмешательство администрации Гувера в экономику, на голубом глазу заявить, что вина за его неминуемые разрушительные последствия лежит на свободном рынке? Швайкарт и Аллен частично подсчитали нанесенный ущерб:

К 1933 году эта комедия ошибок породила чудовищные цифры: уровень безработицы в стране вырос до 25%, но по отдельным городам статистика вообще казалась непостижимой. Из Кливленда сообщали, что безработные составляют 50% рабочей силы; Толедо — 80%; по некоторым штатам уровень безработицы превышал 40%. Обоюдоострый меч — снижение прибыли и увеличение числа заявок на пособие по безработице — сделал свое дело: многие муниципалитеты оказались на грани разорения. В Нью-Йорке закрылись школы, а долг перед чикагскими учителями составил около 20 миллионов долларов. Многие частные школы вообще разорились. Исследование, проведенное по заказу правительства, показало, что к 1933 году закрылось около полутора тысяч колледжей, а продажи книг буквально рухнули. За целый год библиотечная система Чикаго не приобрела ни одной книги.

Фаза II: Новый курс

На президентских выборах 1932 года Франклин Делано Рузвельт разгромил своего соперника, действующего президента Герберта Гувера, набрав 472 голоса выборщиков против 59. Авторы платформы Демократической партии, список которой возглавлял Рузвельт, провозглашали: «Мы убеждены, что партийная платформа — это пакт, заключаемый с народом, и что партия, получившая бразды правления, обязана свято и нерушимо его соблюдать». Они призывали сократить на 25% расходы федерального правительства, сбалансировать федеральный бюджет, сохранять обеспеченность денег золотом «при любых обстоятельствах», вывести государство из тех сфер, в которых должно господствовать частное предпринимательство, и покончить с «экстравагантностью» сельскохозяйственных программ Гувера. Все это обещал кандидат Рузвельт, но президент Рузвельт не сделал ничего подобного.

4 марта 1933 года, когда состоялась инаугурация Рузвельта, в Вашингтоне царили страх и оптимизм — страх перед тем, что экономика может не восстановиться, а оптимизм — по поводу того, что новый и решительный президент что-то изменит. Настроения, царившие в обществе в то время, когда он формировал новую администрацию, хорошо выразил юморист Уилл Роджерс (Rogers): «С ним вся страна — лишь бы он что-нибудь сделал. Если бы он сжег Капитолий, то мы бы все радовались и говорили: вот видите, из искры возгорелось пламя».

«Бояться нечего, кроме самого страха»

Рузвельт, действительно, кое-что изменил, но это были, видимо, не те перемены, на которые надеялась страна. Он сделал ошибку уже в самом начале, когда в своей инаугурационной речи заявил, что в Депрессии виноваты «недобросовестные менялы». Он ничего не сказал о роли неумелых действий ФРС и лишь мельком упомянул о безответственных шагах Конгресса, ставших одной из причин краха. В результате его усилий экономика находилась в депрессии до конца десятилетия. Воспользовавшись изречением писателя XIX века Генри Дэвида Торо (Thoreau), Рузвельт заявил в своем инаугурационном выступлении: «Нам нечего бояться, кроме самого страха». Но, как объясняет доктор Ханс Сеннхольц из Grove City College, на самом деле, у американцев были все причины опасаться будущей политики Рузвельта:

В свои первые сто дней он принял суровые меры по ограничению прибыли. Вместо ликвидации барьеров для роста благосостояния, воздвигнутых его предшественником, он создал собственные. Он всячески ослаблял позиции американского доллара путем его количественных увеличений и качественных ухудшений. Он конфисковал золото у населения и вслед за этим девальвировал доллар на 40%.

Раздосадованный и возмущенный тем, что Рузвельт столь скоро и основательно отступил от программы, с которой он шел на выборы, директор Бюджетного бюро Льюис Дуглас (Douglas), ушел в отставку, проработав в этой должности всего год. Выступая в мае 1935 года в Гарварде, Дуглас четко заявил, что Америка стоит перед судьбоносным выбором:

Что предпочтем мы, граждане великой страны, — покориться деспотизму бюрократии, контролирующей каждый наш шаг, разрушающей завоеванное нами равенство, превращающей нас в нищих рабов государства? Или держаться тех свобод, за которые человек боролся более тысячи лет? Важно понимать масштаб стоящего перед нами вопроса... Если мы не выбираем тиранию бюрократии, которая контролирует нашу жизнь, разрушает прогресс, снижает уровень жизни... то разве функцией федерального правительства в демократическом государстве не должно быть ограничение своей деятельности тем, с чем может адекватно работать демократия — например, обороной страны, поддержанием правопорядка, охраной жизни и собственности, недопущением мошенничества и защитой рядовых граждан от влиятельных кругов, обладающих особыми правами и интересами?

Новый фарс

Кризис охватил банковскую систему 4 марта 1933 года, когда новый президент вступил в должность. Идеей Рузвельта закрыть банки и объявить 6 марта «банковские каникулы» (которые фактически закончились лишь девять дней спустя) его апологеты восторгаются по сей день, называя его решительным и необходимым шагом. Однако Фридман и Шварц четко показывают, что это «лекарство» было «хуже самой болезни». Тариф Смута-Хоули и монетарная авантюра ФРС были главными виновниками создания того положения, которое дало Рузвельту предлог временно лишить вкладчиков их сбережений, а банковские каникулы не решили проблему. «Более 5000 банков, работавших на момент объявления каникул, не открыли свои двери после их окончания, а 2000 из них закрылись навсегда», — сообщают Фридман и Шварц.

В 2003 году вышла в свет великолепная книга экономиста Джима Пауэлла из Института Катона — «Безрассудство ФДР: Как Рузвельт и его "новый курс" продлили Великую депрессию». Автор подчеркивает, что «почти все обанкротившиеся банки работали в тех штатах, где действовали законы о бесфилиальной системе» — эти законы запрещали банкам открывать филиалы и, тем самым, диверсифицировать свои портфели и снижать риски. «Хотя в Соединенных Штатах с их законами о бесфилиальной системе обанкротились тысячи банков, в Канаде, где банковские филиалы были разрешены, не произошло ни одного банкротства...». Странно, что критики капитализма, называющие рынок виновником Депрессии, никогда не упоминают этого факта.

Конгресс дал президенту полномочия сперва изымать золотые монеты у американских граждан, а затем устанавливать фиксированную цену на золото. Однажды утром, когда Рузвельт ел в постели яичницу, они с министром финансов Генри Моргентау решили изменить золотое содержание доллара. Оценив все варианты, Рузвельт остановился на повышении цены унции золота на 21 цент, потому что это было «счастливое число». Моргентау писал в своем дневнике: «Если бы какой-нибудь человек узнал, как мы установили золотое содержание доллара путем сочетания счастливых чисел, то, думаю, он был бы в шоке». Кроме того, Рузвельт единолично торпедировал Лондонскую экономическую конференцию 1933 года, которая созывалась в ответ на просьбу других крупных стран снизить тарифы и восстановить золотой стандарт.

К началу 1930 года Вашингтон и его бесшабашный центральный банк уже пропустили золотой стандарт через мясорубку. Отказавшись от него, Рузвельт ликвидировал почти все остававшиеся препятствия безудержной валютной и кредитной экспансии, за которую позже страна будет расплачиваться обесцениванием валюты. Хорошо выразился сенатор Картер Гласс (Glass), предупреждавший Рузвельта в начале 1933 года: «Это позор, сэр. Великое государство с большим золотым запасом нарушает свои обещания платить золотом вдовам и сиротам, которым оно продавало свои облигации, обязуясь платить золотой монетой по существующему курсу. Оно нарушает обещание обеспечивать бумажные монеты золотом по существующему курсу. Это позор, сэр».

Рузвельт, заставивший граждан сдать золото, вернул оживление в американские бары и гостиные. В свое второе воскресенье в Белом доме он заметил за ужином: «А теперь бы неплохо выпить пива». В тот же вечер он набросал обращение к Конгрессу с просьбой отменить «сухой закон». Палата представителей приняла соответствующее решение во вторник, Сенат одобрил его в четверг, а до конца года его ратифицировало достаточное число штатов для того, чтобы Двадцать первая поправка стала частью Конституции. Один наблюдатель, комментируя столь примечательный поворот событий, отметил, что, если бы в начале 1933 года по улице шли два человека — один с золотой монетой в кошельке, а другой — с бутылкой виски в кармане, то человек с монетой считался бы добропорядочным гражданином, а человек с бутылкой — преступником. Через год они поменялись ролями.

В первый год «нового курса» Рузвельт предложил потратить 10 миллиардов долларов, хотя [государственные] доходы составляли всего 3 миллиарда. В 1933-1936 годах государственные расходы выросли более, чем на 83%. Внутренний долг увеличился на 73%.

В 1935 году Рузвельт уговорил Конгресс создать систему социальной защиты (Social Security), а в 1938-м — впервые в истории страны ввести минимальный размер заработной платы. Хотя широкая общественность по сей день ставит эти меры ему в заслугу, у многих экономистов на это иная точка зрения. В результате принятия закона о минимальном размере заработной платы многие неопытные, молодые, неквалифицированные и социально незащищенные работники становятся не по карману работодателю. (По некоторым оценкам, положения о минимальной оплате труда, принятые в 1933 году в рамках еще одного закона, оставили без работы около 500 000 чернокожих.). А современные исследования и оценки показывают, что система соцзащиты превратилась в такой кошмар, что придется либо приватизировать ее, либо поднять до космических высот и без того высокие налоги, при помощи которых она поддерживается на плаву.

Рузвельт добился принятия Закона о регулировании сельского хозяйства (ААА), по которому сельхозпроизводители были обложены новым налогом, а полученная прибыль пошла на проведение мероприятий по уничтожению ценных сельскохозяйственных культур и здорового скота. Под наблюдением федеральных агентов запахивались отличные хлопковые, пшеничные и кукурузные поля, причем мулы не могли взять в толк, зачем их гонят по посевам, ведь их учили шагать между бороздами. Резали здоровых коров, овец и свиней, а туши скидывали в ямы. Министр сельского хозяйства Генри Уоллес лично распорядился зарезать 6 миллионов поросят до того, как они вырастут до нормального размера. Кроме того, администрация впервые стала платить фермерам за то, чтобы они вообще не работали. Даже если Закон о регулировании сельского хозяйства и помог фермерам, сократив предложение и подняв цены, это было достигнуто за счет миллионов других людей, которым пришлось платить эти цены или сокращать свой рацион.

Синие орлы, красные утки

Пожалуй, самым радикальным аспектом «нового курса» стал принятый в июне 1933 года Закон о возрождении национальной промышленности, в соответствии с которым была создана крупная бюрократическая структура, названная Национальной администрацией по экономическому восстановлению (NRA). NRA заставила объединиться в санкционированные государством картели большую часть промышленных предприятий. Кодексы, регулировавшие цены и условия продаж, вскоре так трансформировали значительную часть американской экономики, что она начала напоминать какую-то фашистскую структуру, а NRA финансировалась за счет налогов с тех самых предприятий, которые она контролировала. По оценкам некоторых экономистов, NRA повысила издержки на ведение бизнеса в среднем на 40% — вряд ли это было нужно для восстановления экономики, переживавшей депрессию.

Экономический эффект NRA был мощным и проявился немедленно. В течение пяти месяцев до принятия закона были очевидны признаки восстановления: число рабочих мест в промышленности и фонд заработной платы увеличились, соответственно, на 23 и 35%. Потом появилась NRA, сократившая рабочий день, повысившая в произвольном порядке зарплаты и создавшая новые издержки для предпринимательской деятельности. За шесть месяцев после вступления закона в силу промышленное производство сократилось на 25%. «Создание NRA не было мерой, направленной на возрождение экономики, — совсем наоборот, — пишет Бенджамин Андерсон. — За весь период NRA уровень промышленного производства не вернулся до тех отметок, на которых он был в июле 1933 года, до создания NRA».

Руководителем NRA Рузвельт назначил генерала Хью Джонсона по прозвищу «Железные штаны», краснощекого грубияна и страстного поклонника итальянского диктатора Бенито Муссолини. «Да смилуется Всемогущий Бог над всяким, кто попытается помешать Синему Орлу», — гремел Джонсон (синего орла, официальный символ NRA, один сенатор с иронией называл «советской уткой»). Тем, кто отказывался подчиняться правилам NRA, Джонсон лично угрожал публичным бойкотом и обещал «дать в нос».

Всего было создано более пятисот кодексов NRA «по производству всевозможной продукции — от громоотводов до корсетов и бюстгальтеров — и охватывавших более 2 миллионов работодателей и 22 миллионов рабочих». Существовали кодексы о производстве средств для укрепления волос, пово дков для собак и даже музыкальных комедий. Портной из Нью-Джерси по имени Джек Мэджид (Magid) был арестован и посажен в тюрьму за то, что брал за утюжку комплекта одежды 35 центов вместо 40, как предписывал «Кодекс портного», введенный по инициативе NRA.

В книге «Миф Рузвельта» историк Джон Флинн описывает, как сторонники NRA вели свои «дела»:

NRA обнаружила, что не может провести в жизнь свои правила. Укреплялся черный рынок. Добиться выполнения норм можно было только самыми жестокими полицейскими методами. В швейной промышленности — вотчине [видного деятеля американского профсоюзного движения] Сидни Хиллмана — кодексы внедряли при помощи спецподразделений. Они рыскали по швейному району, как штурмовики. Они могли ворваться на фабрику, выгнать хозяина, выстроить сотрудников в шеренгу, быстро их допросить и забрать бухгалтерские книги. Ночная работа была запрещена. Летучие отряды этих «швейных полицейских» проходили по району ночью, стучали в двери топорами, ища тех, кто осмелился сшить пару брюк в ночной час. Но чиновники, ответственные за проведение кодексов в жизнь, говорили, что без этих жестких методов не удалось бы добиться их соблюдения, потому что общественность их не поддерживала.

Алфавитные комиссары

Затем Рузвельт подписал закон о резком повышении налогов для граждан с высокими доходами и повысил на 5% налог на дивиденды корпораций. В 1934 году он добился еще одного повышения налогов. Фактически, в следующие 10 лет увеличение налогообложения стало излюбленной политикой Рузвельта, кульминацией которой было введение максимальной ставки подоходного налога в 90%. Сенатор Артур Ванденберг (Vandenberg) от Мичигана, выступавший против многих инициатив в рамках «нового курса», резко критиковал политику Рузвельта по масштабному повышению налогов. Он говорил, что оздоровление экономики нельзя провести, следуя социалистическому представлению о том, что Америка «может поднять нижнюю треть», опустив «верхние две трети». Кроме того, Ванденберг осуждал Конгресс за «капитуляцию перед алфавитными комиссарами [имеются в виду представители десятков новых ведомств, названия которых начинались практически на все буквы алфавита; слово «комиссары» (commissars) — намек на сходство с советскими порядками], которые глубоко убеждены в том, что американский народ необходимо ради его же спасения подчинить диктату могущественных начальников».

Алфавитные комиссары легко и охотно тратили средства налогоплательщиков. Именно их имел в виду влиятельный журналист и социальный критик Альберт Джей Нок, называя «новый курс» «общенациональной, проводимой государством мобилизацией бессмысленного фиглярства и бесцельного волнения».

Рузвельтовское Управление общественных работ (CWA) нанимало актеров давать бесплатные представления и библиотекарей — каталогизировать архивы. Оно даже платило ученым за изучение истории английской булавки, поручило ста вашингтонским рабочим патрулировать улицы с воздушными шарами, чтобы не подпускать скворцов к общественным зданиям, и оплачивало труд по охоте на перекати-поле в ветреные дни.

Осенью 1933 года, когда создавалось Управление общественных работ, предполагалось, что эта программа просуществует недолго. В своем обращении к нации Рузвельт заверил Конгресс в том, что любая подобная программа будет действовать не больше года. «Федеральное правительство, — заявил президент, — должно прекратить заниматься пособиями, и непременно прекратит. Я совсем не хочу, чтобы жизненная энергия нашего народа и дальше ослаблялась раздачей денег, пайков, общественными работами по стрижке газонов, сбору листьев и бумажек в городских парках». Руководителем ведомства был назначен Гарри Хопкинс (Hopkins), который позже говорил: «У меня работает четыре миллиона человек, но, ради бога, не спрашивайте меня, чем они занимаются». CWA завершило свою деятельность через несколько месяцев, но вместо него была создана другая временная программа помощи, которая к 1935 году превратилась в Управление развития общественных работ (WPA). Сегодня оно известно как та самая правительственная программа, которая породила понятие «boondoggle» (имитация полезной деятельности), поскольку «произвела» куда больше, чем те 77 000 мостов и 116 000 зданий, о которых любили упоминать ее поборники как о свидетельстве ее эффективности.

У критиков были все основания расшифровывать WPA, как «We Piddle Around», то есть «слоняемся без дела». В Кентукки сотрудники WPA описали 350 способов приготовления шпината. Это ведомство приняло на работу 6000 «актеров», хотя в национальном профсоюзе актеров официально состояло лишь 4500 членов. Сотни сотрудников WPA занимались сбором пожертвований в избирательные фонды кандидатов от Демократической партии. В Теннеси сотрудников WPA увольняли, если они отказывались пожертвовать 2% зарплаты в пользу действующего губернатора. К 1941 году всего 59% бюджета WPA шло на оплату труда рабочих; остальное поглощала бюрократия и накладные расходы. Редакция New Republic задавалась вопросом: «Хватит ли [у Рузвельта] духу признать теперь, что создание WPA было поспешным и претенциозным политическим жестом, что результатом его деятельности стал жалкий провал, и теперь его необходимо ликвидировать?». Последние проекты WPA были отменены лишь в июле 1943 года.

Рузвельта хвалили и по сей день хвалят за такие инициативы «по созданию рабочих мест», как CWA и WPA. По мнению многих, они способствовали преодолению Депрессии. Но считающие так не понимают, что именно дальнейшие манипуляции Рузвельта продлили Депрессию и во многом способствовали тому, что безработные не смогли найти настоящую работу. Выделение огромных бюджетных средств на эти программы трудоустройства представляло собой расходование ценных ресурсов на политически мотивированные и экономически контрпродуктивные цели.

Этот тезис можно проиллюстрировать простой аналогией. Если вор ходит из дома в дом, грабя всех жителей района, а потом направляется в близлежащий торговый центр, где тратит весь свой «улов», то нельзя считать, что он оказал услугу обществу или принес общую экономическую пользу, так как его траты «простимулировали» хозяев магазинов в этом торговом центре. Точно так же, когда государство нанимает кого-то заниматься каталогизацией многочисленных способов приготовления шпината, нельзя сказать, что зарплата, выплаченная за счет средств налогоплательщиков, стала для экономики чистым приростом, поскольку материальные блага, которые пошли на оплату его труда, были просто перенаправлены, а не созданы. Экономистам по сей день приходится бороться с этим «магическим мышлением» каждый раз, когда предлагается увеличить расходы государства — словно деньги приносит не труд граждан, а мановение волшебной палочки.

«Удивительное сборище наглых ничтожеств»

Непродуманные меры Рузвельта по вмешательству в экономику по достоинству оценили те, кому важно производить впечатление людей ответственных и занятых. Тем временем, огромное большинство американцев было готово терпеть. Они очень хотели верить в лучшие намерения этого харизматического политика, жертвы полиомиелита и бывшего губернатора Нью-Йорка. Но у Рузвельта всегда были критики, и с годами их становилось все больше. Одним из них был неподражаемый «мудрец из Балтимора» Г.Л. Менкен (Mencken), беспощадный в своих риторических атаках на президента. Пол Джонсон так характеризует болезненные, но зачастую действительно смешные колкости Менкена:

Менкен изощрялся в своих нападках на торжествующего Рузвельта, испытывая нескрываемое отвращение к его псевдоколлективистским замашкам. Для него Рузвельт был «фюрером», «мошенником», окруженным «удивительным сборищем наглых ничтожеств», «бандой полуобразованных педагогов, юристов по гражданским делам, прекраснодушных болванов и прочих жалких «знатоков». Его «новый курс» был «политическим рэкетом», «серией фальшивых чудес», отличался «постоянными призывами к классовой зависти и ненависти», отношением к государству, как к «дойной корове с 125 миллионами сосков» и «частым отказом от обещаний, данных в категорической форме».

Признаки жизни

Вскоре американская экономика была освобождена от бремени самых одиозных эксцессов «нового курса» — в 1935 году Верховный суд объявил неконституционной NRA, а в 1936-м — ААА, тем самым навсегда заслужив гнев и презрение Рузвельта. Признав неконституционным многое из того, что сделал Рузвельт, «девять старцев» отменили и другие, менее значительные законы и программы, препятствовавшие оздоровлению экономики.

Освобожденная от худшего, что было в «новом курсе», экономика проявила некоторые признаки жизни. В 1935 году уровень безработицы опустился до 18%, в 1936-м — до 14%, а в 1937-м — еще ниже. Но после очередного проседания рынка в 1938 году он вновь вырос до 20%. С августа 1937 по март 1938 года фондовый рынок упал почти на 50%. «Экономический стимул» «нового курса» Франклина Делано Рузвельта был действительно беспрецедентным: он привел к депрессии во время депрессии!

Фаза IV: Закон Вагнера

Предпосылки к коллапсу 1937-1938 годов были созданы с принятием в 1935 году Закона о трудовых отношениях (National Labor Relations Act), более известного как Закон Вагнера и Великая хартия профсоюзов. Вновь процитируем Сенхольца:

Закон революционизировал трудовые отношения в Америке. Он вывел трудовые споры из юрисдикции судов и передал их в ведение нового федерального ведомства, Национального совета по трудовым отношениям, который стал прокурором, судьей и судом присяжных в одном лице. Симпатизировавшие профсоюзам члены Совета еще больше извратили этот закон, который и без того предоставил правовой иммунитет и привилегии профсоюзам. Тем самым США отказались от великого достижения западной цивилизации — равенства перед законом.

Закон Вагнера, или Закон о трудовых отношениях, был принят в ответ на ликвидацию Верховным судом NRA и ее трудовых кодексов. Его целью было сокрушение всякого сопротивления работодателя профсоюзам. Все, что бы ни сделал работодатель в рамках самозащиты, становилось «несправедливой трудовой практикой», за которую наказывал Совет. Мало того, что закон обязал работодателей вести переговоры с профсоюзами, которым поручалось представлять интересы рабочих; позже решениями Совета сопротивление требованиям профсоюзных лидеров было признано незаконным.

Получив эти громадные новые полномочия, профсоюзы развернули неистовую деятельность. Угрозы, бойкоты, забастовки, захваты заводов и повсеместное насилие резко снизили производительность труда и повысили уровень безработицы. Все больше рабочих вступало в профсоюзы: к 1941 году в профсоюзах состояло в два с половиной раза больше американцев, чем в 1935-м. Историк Уильям Лейхтенбург (Leuchtenburg), который не был сторонником свободного предпринимательства, писал: «Граждане, озабоченные судьбой своей собственности, были напуганы захватом заводов, возмущены фактами просмотра чужой почты бастующими, огорчены запугиванием тех, кто не состоял в профсоюзах, и встревожены известями о летучих отрядах рабочих, которые шли или угрожали идти маршем из города в город».

Неблагоприятный климат для бизнеса

После принятия Закона Вагнера Белый дом обрушился на бизнес с угрозами и оскорблениями. Бизнесмены, гремел Рузвельт, — это препятствие на пути к восстановлению. Он обзывал их «экономическими роялистами» и говорил, что бизнесмены как класс — «глупы». За оскорблениями последовала серия новых карательных мер. На фондовый рынок были наложены новые ограничения. Был введен новый налог на нераспределенную прибыль корпораций. «Эти меры, направленные против богатых, — пишет экономист Роберт Хиггс (Higgs), — практически не оставляли сомнений в том, что президент и его администрация намерены сделать все для того, чтобы выжать максимум из граждан с высокими доходами, на долю которых приходится большая часть принимаемых в стране решений о частных инвестициях».

Всего за два месяца в конце 1937 года объем рынка стали — важнейшего экономического барометра — сократился с 83% до 35%. Когда эта новость украсила собой заголовки, Рузвельт, словно не найдя лучшего времени, отправился на десятидневную рыбалку. New York Herald Tribune умоляла его вернуться к работе, чтобы остановить возобновившуюся Депрессию. Необходимо, писала редакция газеты, дать обратный ход рузвельтовской политике «злобы и ненависти, насаждения межклассовой вражды и наказания всех, кто с не согласен с президентом».

Колумнист Уолтер Липпман писал в марте 1938 года, что «почти без каких бы то ни было существенных исключений каждая из мер, в которых он [Рузвельт] был заинтересован в последние пять месяцев, была направлена на снижение производства материальных благ или на противодействие ему».

Как отмечалось выше, Герберт Гувер, проводя свой «новый курс», повысил в 1932 году максимальную ставку подоходного налога с 24% до 63%. Но это был просто детский лепет по сравнению с налоговым угаром его преемника. При Рузвельте максимальная ставка была повышена сначала до 79%, а потом — до 90%. Историк Бертон Фолсом отмечает, что в 1941 году Рузвельт даже предложил убийственную ставку налога в 99,5% на все доходы свыше 100 000 долларов. «Почему нет?» — удивился он, когда один из советников усомнился в целесообразности этой меры.

После неудачи с этой конфискационной инициативой Рузвельт издал исполнительное распоряжение об обложении всех доходов свыше 25 000 долларов налогом по невероятной ставке в 100%. Кроме того, он предложил снизить размер индивидуального вычета до 600 долларов, в результате чего большинству американских семей пришлось впервые уплатить подоходный налог. Вскоре после этого Конгресс отменил исполнительное распоряжение, но оставил в силе размер индивидуального вычета.

Между тем, в середине 1930-х Федеральная резервная система вновь раскачивала свою монетарную политику — сначала вверх, потом вниз, потом резко вверх вплоть до вступления Америки во Вторую мировую войну. Одним из факторов экономического спада 1937 года был тот факт, что с лета 1936 по весну 1937-го ФРС удвоила резервные требования, предъявляемые к банкам страны. Опыт показывает, что нестабильной монетарной политики достаточно для того, чтобы сделать нестабильной всю экономику.

Болезненно переживая свои прежние поражения в Верховном суде, в 1937 году Рузвельт попытался провести в судьи своих людей, выступив с оригинальной инициативой: разрешить президенту назначать по одному судье в дополнение к каждому действующему судье, который, достигнув 70-летнего возраста, не уходит в отставку. Если бы это предложение было принято, то Рузвельт мог бы назначить шесть новых судей, сочувствующих его взглядам, увеличив число судей с 9 до 15. В Конгрессе его план провалился, но позже, после выхода на пенсию ряда судей, выступавших против политики Рузвельта, суд начал послушно одобрять его решения. Однако до того, как Конгресс отверг эту схему, опасения бизнеса перед тем, что суд, сочувственно относящийся к целям Рузвельта, начнет одобрять ранее отклоненные меры «нового курса», не позволили восстановить инвестиции и доверие.

Историк Роберт Хиггс проводит тесную связь между уровнем частных инвестиций и курсом американской экономики в 1930-е годы. Непрестанные нападки администрации Рузвельта — словом и делом — на бизнес, собственность и свободу предпринимательства гарантировали, что капитал, необходимый для придания нового старта экономике, будет облагаться чрезмерными налогами, либо будет вынужден уходить в тень. Введя Америку в войну в 1941 году, Рузвельт ослабил антипредпринимательскую политику, но значительная часть национального капитала вместо расширения промышленной базы и производства потребительских товаров была направлена на военные действия. Лишь после смерти Рузвельта и окончания войны инвесторы почувствовали себя достаточно уверенно для того, чтобы «запустить послевоенный инвестиционный бум, который позволил экономике вернуться к стабильному благосостоянию».

Это мнение получило поддержку в комментариях одного из ведущих инвесторов страны того времени Лэммота Дюпона (du Pont), датируемых 1937 годом:

Неопределенность царит в налоговой сфере, на рынке труда, в монетарной политике и законодательстве, которым должна руководствоваться промышленность. Налоги нужно повышать, снижать или оставлять на прежнем уровне? Мы не знаем. Нужны профсоюзы или нет?.. Нам нужна инфляция, дефляция, снижение или увеличение государственных расходов?.. Нужно ли налагать новые ограничения на капитал и прибыли?.. Правильный ответ невозможно даже отгадать.

Многие современные историки склонны рефлексивно отвергать капитализм и не доверять свободным рынкам; они считают, что президентство Рузвельта — в соответствии с Конституцией или вопреки ей — было «впечатляющим» и «интересным» с исторической точки зрения. Как показывают опросы общественного мнения, большинство считает Рузвельта одним из величайших президентов, поэтому они, вероятно, с негодованием отвергнут мысль о том, что «новый курс» продлил Великую депрессию. Но когда весной 1939 года Американский институт общественного мнения провел общенациональный опрос на тему «Считаете ли вы, что отношение администрации Рузвельта к бизнесу затягивает его оздоровление?», более двух третей американцев ответили: «Да». Деловое сообщество ощущало это еще более обостренно.

С этим, похоже, соглашался даже министр финансов Рузвельта Генри Моргентау. В своем дневнике он писал: «Мы попробовали тратить деньги. Мы тратим больше, чем когда бы то ни было, и результатов ноль... Мы не сдержали ни одного из своих обещаний... Наша администрация уже четыре года у власти, и безработица находится на том же уровне, что и в самом начале, плюс огромный долг!

В конце десятилетия и через 12 лет после краха фондового рынка в «черный четверг» в Америке было 10 миллионов безработных. Уровень безработицы превышал 17%. В 1932 году Рузвельт обещал покончить с кризисом, но он продолжался на протяжении двух его президентских сроков и невзирая на бесчисленные интервенции.

Что же со свободой предпринимательства?

Как же произошло, что Рувельт избирался четыре раза, если его политика продлевала и углубляла экономическую катастрофу? Многое может объяснить невежество и готовность верить в лучшие намерения президента. В 1932 году Рузвельт разгромил Гувера, обещая сократить роль государства. Вместо этого, он расширил его роль, но сделал это с фанфарами и беседами у камина, которые гипнотизировали отчаявшихся людей. К тому времени, как они осознали, что его политика вредоносна, началась Вторая мировая война, люди сплотились вокруг своего главнокомандующего, и мало кто хотел менять коней на переправе.

Вторая мировая война привела не только к страшной бойне, но и к оживлению торговли Америки с ее союзниками. Уничтожение людей и ресурсов в ходе войны не помогло американской экономике, но возобновление торговли пошло ей на пользу. Резкое увеличение денежной массы компенсировало высокие издержки «нового курса», но вызвало проблему, от которой мы страдаем по сей день: год за годом на доллар можно купить все меньше товаров и услуг. Решающее значение имело то, что администрация Трумэна, сменившая рузвельтовскую, не была настроена громить частных инвесторов, и, в результате, эти инвесторы вновь вошли в экономику и обеспечили мощный послевоенный бум. В конце концов, Великая депрессия завершилась, но сегодня мы должны помнить о ней как об одной из самых больших и трагических неудач государственной политики в американской истории.

Корни Великой депрессии лежали в безответственной монетарной и фискальной политике американских властей в конце 1920-х — начале 1930-х годов. Эта политика включала в себя целую череду крупных просчетов: неэффективное управление центральным банком, губительные для торговли тарифы, налоги, удушающие частную инициативу, отупляющий контроль над производством и конкуренцией, бессмысленное уничтожение урожаев и скотины и принудительные законы о труде — и это еще далеко не полный список. Не свободный рынок привел к 12 годам агонии, а крупномасштабная политическая некомпетентность.

Те, кто исследует события 1920-х и 1930-х годов и возлагает вину за экономическую катастрофу на капитализм и свободный рынок, просто не хотят видеть, слышать и постигать факты. Для того, чтобы возродить веру в свободный рынок и сохранить нашу свободу, жизненно необходимо отказаться от ложных представлений, которые во многом формируют общепринятые сегодня оценки этого неприятного исторического эпизода.

Страна сумела пережить и гуверовское госрегулирование, и шарлатанство рузвельтовского «нового курса», и сегодня новому поколению граждан предстоит заново открыть американское наследие свободы. На этот раз нам нечего бояться, кроме мифов и ложных представлений.

Послесловие: усвоили ли мы урок?

Через восемьдесят лет после начала Великой депрессии в литературе по этому болезненному эпизоду американской истории наблюдается обнадеживающая метаморфоза. Десятилетиями в исторических трудах господствовало мнение о том, что свободный рынок вызвали крах, а Рузвельт своим «новым курсом» спас страну. Безусловно, и по сей день немало плохо информированных политических фанатиков, идеологов и шарлатанов, которые делают такие поверхностные заявления. Однако серьезные историки и экономисты мало-помалу очищают историю от лжи. В настоящем эссе цитируется множество недавних работ, которые стоит прочесть целиком.

В тот самый момент, когда это последнее издание «Живучих мифов о Великой депрессии» направлялось в печать, издательство Simon & Schuster опубликовало великолепную новую книгу, которую я настоятельно рекомендую. Ее автор — доктор Бертон Фолсом (Folsom), ведущий историк Фонда экономического образования (Foundation for Economic Education) и профессор Хиллсдейл-колледжа, а заглавие звучит провокационно: «Новый курс или большой фарс? Какой урон экономическое наследие Рузвельта нанесло Америке» (New Deal or Raw Deal? — How FDR's Economic Legacy Has Damaged America). Это одно из самых поучительных исследований данного вопроса. Оно очень поможет исправить заблуждения и дать нашим согражданам верное представление о том, что происходило в 1930-е годы.

Еще одно значимое прибавление к литературе предмета — вышедшая в свет в 2007 году книга Эмити Шлейс (Shlaes) «Забытый человек: Новая история Великой депрессии» (The Forgotten Man: A New History of the Great Depression). То, что она стала бестселлером в Нью-Йорке, свидетельствует об огромном желании людей узнать правду об этом периоде истории.

Однако, даже если американцы откажутся от своих прежних представлений о Великой депрессии, это еще не будет означать, что мы усвоили важные уроки достаточно хорошо для того, чтобы избежать тех же самых ошибок. Более того, сегодня мы ничуть не ближе к преодолению основной причины экономического цикла — монетарных манипуляций — чем были 80 лет назад.

Финансовый кризис, охвативший Америку в 2008 году, должен стать сигналом к пробуждению. Весь он отмечен следами государственного вмешательства. В 2001-2005 годах Федеральная резервная система лихорадочно наращивала объем денежной массы, темпы роста которой измерялись двузначными цифрами. На зарубежных рынках доллар упал, а цены на сырье резко выросли. Поскольку ФРС щедро снабжала банки наличностью, процентные ставки рухнули, а рискованные кредиты ненадежным заемщикам стали нормой жизни. Масла в огонь подлили политики, требовавшие, чтобы банки выделяли миллиарды долларов на ипотеку класса «сабпрайм».

Когда пузырь лопнул, некоторые из тех, кто проталкивал решения, создавшие его, стали изображать себя нашими спасителями, поддерживая новые меры по государственному вмешательству, усиление роли государства, увеличение денежной и кредитной массы и дорогостоящие программы по спасению проблемных фирм за счет налогоплательщиков. Многие из них также призывают к повышению налогов и пошлин — той самой бессмыслице, которая в 1930 году превратила рецессию в долгую и глубокую депрессию.

Спасение за счет налогоплательщиков Fannie Mae и Freddie Mac и большого количества других частных компаний в начале осени 2008 года — это новое безрассудство, обходящееся дорогой ценой. Мало того, что расплачиваться по этим счетам в ближайшие десятилетия придется нам и будущим поколениям — сам процесс вбрасывания хороших денег после плохих будет громоздить одни моральные риски на другие, подталкивая политиков к принятию новых дурных решений и спасению очередных компаний. А это подрывает как свободу предпринимательства, так и прочность валюты. Значительный рост инфляции, вызванный необходимостью расплачиваться по этим счетам — реальность, с которой нам рано или поздно придется столкнуться.

«Государство, — отмечал прославленный австрийский экономист Людвиг фон Мизес, — это единственный институт, который может взять ценный материал — например, бумагу — и при помощи типографской краски сделать его никуда не годным». Мизес говорил об инфляционном проклятии, процессе, при котором государство увеличивает денежную массу и тем самым снижает стоимость каждой денежной единицы — доллара, песо, фунта, франка и любой другой. Часто этот процесс проявляется в форме повышения цен, которое большинство людей путает с самой инфляцией. Провести это различие важно, потому что, как столь красноречиво объясняет экономист Перси Гривс (Greaves), «изменение определения изменяет ответственность».

Определите инфляцию как повышение цен и, подобно Джимми Картеру в 1970-е, вы решите, что в ней виноваты нефтяные шейхи, кредитные карты и частный бизнес, а спасение в контроле над ценами. Дайте инфляции классическое определение — «увеличение денежной и кредитной массы, влекущее за собой повышение цен» — и вы неизбежно зададитесь сакраментальным вопросом: «Кто же увеличивает денежную массу?» Только один институт может делать это легально; все остальные называются «фальшивомонетчиками», и за это их сажают в тюрьму.

Нобелевский лауреат Милтон Фридман неоспоримо заявлял, что инфляция всегда и везде является проблемой монетарной политики. Повышение цен — такая же причина инфляции, как мокрые улицы — причина дождя.

До появления бумажных денег государства вызывали инфляцию, снижая содержание драгоценных металлов в своих монетах. Пророк Исайя порицал израильтян такими словами: «Серебро твое стало изгарью, вино твое испорчено водою». Императоры Рима неоднократно снижали содержание серебра в динарии — до тех пор пока его стало менее одного процента. Испанские сарацины обрезали края своих монет, чтобы чеканить больше — до тех пор, пока монеты не стали так малы, что не могли находиться в обращении. Рост цен был отражением ценности денег.

Повышение цен — не единственное последствие монетарной и кредитной экспансии. Инфляция также разрушает сбережения и стимулирует долг. Она подрывает доверие и препятствует инвестициям. Она дестабилизирует экономику, благоприятствуя бумам и обвалам. Приняв совсем дурной оборот, она может сперва сбросить правительство, которое ее вызвало, а затем привести к еще большим бедам. И Гитлер, и Наполеон своим возвышением были отчасти обязаны хаосу неуправляемой инфляции.

Все это ставит множество вопросов, которые давно обсуждают экономисты: кто должен определять объем денежной массы? Почему правительства регулярно оказываются неспособны эффективно управлять ею? Какова связь между фискальной и монетарной политикой? Здесь достаточно будет отметить, что правительства создают инфляцию потому, что их стремление к получению доходов превышает возможности налоговых изъятий и внешних заимствований. Британский экономист Джон Мейнард Кейнс был во многих отношениях не более, чем влиятельным шарлатаном, но он совершенно точно подметил: «Продолжающийся процесс инфляции позволят государству незаметно конфисковать у граждан важную часть их состояния».

То есть, скажете вы, инфляция — вещь неприятная, но она представляет собой изолированное явление, худшие образцы которого имеют место в далеком захолустье типа Зимбабве. Нет. Как отметил покойный Фредерик Лит-Росс (Leith-Ross), авторитетнейший эксперт по международным финансам, «инфляция подобна греху; каждое правительство ее осуждает, но каждое правительство ее практикует». Даже американцы имели дело с двумя гиперинфляциями, уничтожившими две валюты — злополучный континентальный доллар в годы Войны за независимость и несчастную валюту конфедератов во время Гражданской войны.

Нынешнее медленное обесценивание доллара в условиях роста потребительских цен — непрекращающегося, но выражающегося всего лишь в однозначных цифрах, — это просто ограниченный вариант того же самого процесса. Правительство тратит, у него образуется дефицит, и оно платит по части своих счетов посредством инфляционного налога.

Можно лишь гадать, насколько далеко оно зайдет, но триллионы внутреннего долга и популистские политики — это не те факторы, которые должны нас ободрить.

Инфляция вполне реальна, но однажды она всегда заканчивается. Валюта не может обесцениваться до бесконечности. Этот процесс должен прекратиться либо потому, что правительство перестанет безудержно печатать деньги, либо потому, что оно допечатается до того, что валюта рухнет. Но, безусловно, исход будет в значительной мере зависеть от того, поймут ли жертвы процесса его суть и причины. Между тем, наша экономика напоминает американские горки, потому что Конгрессы, президенты и уполномоченные ими ведомства никогда на прекращают свои монетарные игры.

Вы устали от того, что политики обвиняют друг друга, стремясь прикрыть свои тылы и набрать политические очки в условиях кризиса, накапливая все новые долги, которые они нахально именуют «пакетами по стимулированию»? Почему столько американцев хочет доверить им свое здравоохранение, образование, пенсии и множество других аспектов своей жизни? Это безумие в чистом виде. Противоядием служит правда. Мы должны усваивать уроки своего безрассудства и исполниться решимости исправить их сейчас, а не потом.

С этой целью я приглашаю читателя присоединиться к процессу просвещения. Поддержите такие организации, как Фонд экономического образования, которые занимаются информированием граждан о роли государства и принципах функционирования свободной экономики. Помогите в распространении экземпляров этого эссе и других хороших публикаций в защиту политической свободы и свободного предпринимательства. Потребуйте, чтобы ваши представители в системе власти уравновешивали бюджет, действовали в соответствии с духом и буквой Конституции и прекратили пытаться купить ваш голос за деньги других людей.

Все слышали мудрое изречение философа Джорджа Сантаяны: «Те, кто не помнит прошлого, обречены на его повторение». Нельзя не прислушаться к этому предупреждению.

Впервые: Reed L. Great Myths of the Great Depression. [N.Y.], 2008.

Страница не найдена

  • Образование
    • Общий

      • Словарь
      • Экономика
      • Корпоративные финансы
      • Рот ИРА
      • Акции
      • Паевые инвестиционные фонды
      • ETFs
      • 401 (к)
    • Инвестирование / Торговля

      • Основы инвестирования
      • Фундаментальный анализ
      • Управление портфелем
      • Основы трейдинга
      • Технический анализ
      • Управление рисками
  • Рынки
    • Новости

      • Новости компании
      • Новости рынков
      • Торговые новости
      • Политические новости
      • Тенденции
    • Популярные акции

      • Яблоко (AAPL)
      • Тесла (TSLA)
      • Amazon (AMZN)
      • AMD (AMD)
      • Facebook (FB)
      • Netflix (NFLX)
  • Симулятор
    • Симулятор

      • Завести аккаунт
      • Присоединяйтесь к игре
    • Мой симулятор

      • Моя игра
      • Создать игру
  • Твои деньги
    • Личные финансы

      • Управление благосостоянием
      • Бюджетирование / экономия
      • Банковское дело
      • Кредитные карты
      • Домовладение
      • Пенсионное планирование
      • Налоги
      • Страхование
    • Обзоры и рейтинги

      • Лучшие онлайн-брокеры
      • Лучшие сберегательные счета
      • Лучшие домашние гарантии
      • Лучшие кредитные карты
      • Лучшие личные займы
      • Лучшие студенческие ссуды
      • Лучшее страхование жизни
      • Лучшее автострахование
  • Советники
    • Ваша практика

      • Управление практикой
      • Продолжая образование
      • Карьера финансового консультанта
      • Инвестопедия 100
    • Управление благосостоянием

      • Портфолио Строительство
      • Финансовое планирование
  • Академия
    • Популярные курсы

      • Инвестирование для начинающих
      • Станьте дневным трейдером
      • Торговля для начинающих
      • Технический анализ
    • Курсы по темам

      • Все курсы
      • Курсы трейдинга
      • Курсы инвестирования
      • Финансовые профессиональные курсы

Представлять на рассмотрение

Извините, страница, которую вы ищете, недоступна.Вы можете найти то, что ищете, используя наше меню или параметры поиска.

дома
  • О нас
  • Условия эксплуатации
  • Словарь
  • Редакционная политика
  • Рекламировать
  • Новости
  • Политика конфиденциальности
  • Связаться с нами
  • Карьера
  • Уведомление о конфиденциальности Калифорнии
  • #
  • А
  • B
  • C
  • D
  • E
  • F
  • грамм
  • ЧАС
  • я
  • J
  • K
  • L
  • M
  • N
  • О
  • п
  • Q
  • р
  • S
  • Т
  • U
  • V
  • W
  • Икс
  • Y
  • Z
Investopedia является частью издательской семьи Dotdash.

Страница не найдена

  • Образование
    • Общий

      • Словарь
      • Экономика
      • Корпоративные финансы
      • Рот ИРА
      • Акции
      • Паевые инвестиционные фонды
      • ETFs
      • 401 (к)
    • Инвестирование / Торговля

      • Основы инвестирования
      • Фундаментальный анализ
      • Управление портфелем
      • Основы трейдинга
      • Технический анализ
      • Управление рисками
  • Рынки
    • Новости

      • Новости компании
      • Новости рынков
      • Торговые новости
      • Политические новости
      • Тенденции
    • Популярные акции

      • Яблоко (AAPL)
      • Тесла (TSLA)
      • Amazon (AMZN)
      • AMD (AMD)
      • Facebook (FB)
      • Netflix (NFLX)
  • Симулятор
    • Симулятор

      • Завести аккаунт
      • Присоединяйтесь к игре
    • Мой симулятор

      • Моя игра
      • Создать игру
  • Твои деньги
    • Личные финансы

      • Управление благосостоянием
      • Бюджетирование / экономия
      • Банковское дело
      • Кредитные карты
      • Домовладение
      • Пенсионное планирование
      • Налоги
      • Страхование
    • Обзоры и рейтинги

      • Лучшие онлайн-брокеры
      • Лучшие сберегательные счета
      • Лучшие домашние гарантии
      • Лучшие кредитные карты
      • Лучшие личные займы
      • Лучшие студенческие ссуды
      • Лучшее страхование жизни
      • Лучшее автострахование
  • Советники
    • Ваша практика

      • Управление практикой
      • Продолжая образование
      • Карьера финансового консультанта
      • Инвестопедия 100
    • Управление благосостоянием

      • Портфолио Строительство
      • Финансовое планирование
  • Академия
    • Популярные курсы

      • Инвестирование для начинающих
      • Станьте дневным трейдером
      • Торговля для начинающих
      • Технический анализ
    • Курсы по темам

      • Все курсы
      • Курсы трейдинга
      • Курсы инвестирования
      • Финансовые профессиональные курсы

Представлять на рассмотрение

Извините, страница, которую вы ищете, недоступна.Вы можете найти то, что ищете, используя наше меню или параметры поиска.

дома
  • О нас
  • Условия эксплуатации
  • Словарь
  • Редакционная политика
  • Рекламировать
  • Новости
  • Политика конфиденциальности
  • Связаться с нами
  • Карьера
  • Уведомление о конфиденциальности Калифорнии
  • #
  • А
  • B
  • C
  • D
  • E
  • F
  • грамм
  • ЧАС
  • я
  • J
  • K
  • L
  • M
  • N
  • О
  • п
  • Q
  • р
  • S
  • Т
  • U
  • V
  • W
  • Икс
  • Y
  • Z
Investopedia является частью издательской семьи Dotdash.

Великая депрессия | Американский опыт | Официальный сайт

Выживание в пыльной чаше | Статья

Великая депрессия

Мужчины стоят в очереди у столовой в депрессии, 1931 год. НАРА

Во время экономического бума «бурных двадцатых» традиционным ценностям сельской Америки бросил вызов эпоха джаза, символом которой стали курящие, пьющие и носящие короткие юбки женщины.Средний американец был занят покупкой автомобилей и бытовой техники и спекуляциями на фондовом рынке, где можно было заработать большие деньги. Однако эти приборы были куплены в кредит. Хотя предприятия получили огромную прибыль - 65 процентов - от механизации производства, средняя заработная плата рабочих увеличилась только на 8 процентов.

Дисбаланс между богатыми и бедными, при котором 0,1 процента общества получают такой же общий доход, как 42 процента, в сочетании с производством все большего и большего количества товаров и растущим личным долгом, не может быть устранен.В черный вторник, 29 октября 1929 года, фондовый рынок рухнул, вызвав Великую депрессию, худший экономический коллапс в истории современного индустриального мира. Он распространился из Соединенных Штатов в остальной мир с конца 1929 года до начала 1940-х годов. Из-за банкротства банков и закрытия предприятий более 15 миллионов американцев (четверть рабочей силы) остались без работы.

Президент Герберт Гувер, недооценив серьезность кризиса, назвал его «преходящим инцидентом в нашей национальной жизни» и заверил американцев, что он закончится через 60 дней.Твердо веря в суровый индивидуализм, Гувер не считал, что федеральное правительство должно оказывать помощь бедствующему населению. Сосредоточившись на экономической программе, направленной на оказание помощи в финансировании предприятий и банков, Гувер встретил сопротивление руководителей предприятий, которые предпочли увольнять сотрудников. Многие обвинили Гувера в Великой депрессии, многие высмеивали его: пустой карман, вывернутый наизнанку, называли «флагом Гувера»; Ветхие трущобы, возникающие по всей стране, назывались «Гувервиль».Франклин Делано Рузвельт, богатый губернатор из Нью-Йорка, предложил американцам новый курс и был одержан убедительной победой в 1932 году. Он предпринял быстрые действия, чтобы атаковать депрессию, объявив четырехдневный банковский выходной, во время которого Конгресс принял Закон о чрезвычайной банковской помощи для стабилизации банковской системы. В течение первых 100 дней своего правления Рузвельт заложил основу для своих средств защиты Нового курса, которые спасли бы страну от бездны отчаяния.

Программы «Нового курса» создали либеральный политический альянс профсоюзов, чернокожих и других меньшинств, некоторых фермеров и других, получивших правительственную помощь, и интеллектуалов.Трудности, вызванные депрессией, глубоко затронули американцев. Поскольку в 20-е годы преобладало мнение о том, что успех заслужен, значит, и поражение заслужено. Безработица, вызванная депрессией, вызвала чувство вины и неуверенность в себе. Психологически мужчины пострадали сильнее, чем женщины. Поскольку ожидалось, что мужчины будут обеспечивать свои семьи, было унизительно обращаться за помощью. Хотя некоторые утверждали, что женщинам нельзя давать работу, когда многие мужчины были безработными, процент работающих женщин немного увеличился во время Великой депрессии.Традиционно женские сферы обучения и социальных услуг развивались в рамках программ «Нового курса». Дети брали на себя больше обязанностей, иногда находя работу, когда их родители не могли. Пережив Депрессию, некоторые люди выработали привычки бережливости и бережливости, другие решили создать для себя комфортную жизнь.

афроамериканцев пострадали больше, чем белые, поскольку их работу часто забирали и отдавали белым. В 1930 году 50 процентов чернокожих были безработными.Однако Элеонора Рузвельт отстаивала права чернокожих, а программы «Нового курса» запрещали дискриминацию. Однако дискриминация продолжалась на Юге, в результате чего большое количество чернокожих избирателей перешло от республиканской к демократической партии во время Депрессии.

Великая депрессия и новый курс навсегда изменили отношения между американцами и их правительством. Участие и ответственность правительства в заботе о нуждающихся и регулировании экономики стали ожидаемыми.

Что произошло, причины и как это закончилось

Великая депрессия была всемирной экономической депрессией, которая длилась 10 лет. Это началось в «Черный четверг» 24 октября 1929 года. За следующие четыре дня цены на акции упали на 22% во время краха фондового рынка 1929 года. Этот крах обошелся инвесторам в 30 миллиардов долларов, что эквивалентно 396 миллиардам долларов сегодня. напугал общественность, потому что катастрофа стоила больше, чем Первая мировая война. Депрессия началась в августе, когда экономика сократилась.

Ключевые выводы

  • Великая депрессия была всемирной экономической депрессией, которая длилась 10 лет.
  • Депрессия была вызвана крахом фондового рынка в 1929 году и нежеланием ФРС увеличивать денежную массу
  • ВВП во время Великой депрессии упал вдвое, что ограничило экономическое движение.
  • Сочетание Нового курса и Второй мировой войны вывело США из депрессии.

Уровень безработицы достиг 25%

Великая депрессия затронула все аспекты жизни общества. На своем пике в 1933 году безработица выросла с 3% до 25% рабочей силы страны.Заработная плата тех, кто все еще имел работу, упала. Валовой внутренний продукт США сократился вдвое, со 103 до 55 миллиардов долларов, отчасти из-за дефляции. Индекс потребительских цен упал на 27% с ноября 1929 года по март 1933 года. по данным Бюро статистики труда.

Панические лидеры правительства приняли тариф Смута-Хоули в 1930 году для защиты отечественной промышленности и рабочих мест, но на самом деле это усугубило проблему. В период с 1929 по 1934 год мировая торговля упала на 66% в долларах США.Взаимодействие с другими людьми

Боль депрессии ощущалась во всем мире, что привело ко Второй мировой войне. Немцы уже были обременены финансовыми репарациями после Первой мировой войны, что вызвало гиперинфляцию. В результате люди настолько отчаялись, что избрали нацистскую партию Адольфа Гитлера большинством в 1933 году.

Жизнь во время депрессии

Депрессия привела к тому, что многие фермеры потеряли свои фермы. В то же время годы чрезмерной культивации и засухи создали «пыльную чашу» на Среднем Западе, уничтожив сельскохозяйственное производство в ранее плодородном регионе.Тысячи этих фермеров и других безработных мигрировали в Калифорнию в поисках работы.

Многие оказались бездомными «бомжами». Другие переехали в трущобы под названием «Гувервилли», названные в честь тогдашнего президента Герберта Гувера.

Причины возникновения

По словам Бена Бернанке, бывшего председателя Федеральной резервной системы, центральный банк помог создать депрессию. Он использовал жесткую денежно-кредитную политику, хотя должен был поступить наоборот. По словам Бернанке, это были пять критических ошибок ФРС:

  1. Весной 1928 года ФРС начала повышать ставку по федеральным фондам.Он продолжал увеличивать его во время рецессии, начавшейся в августе 1929 года.
  2. Когда фондовый рынок рухнул, инвесторы обратились к валютным рынкам. В то время золотой стандарт поддерживал стоимость долларов, находящихся в распоряжении правительства США. Спекулянты начали обменивать свои доллары на золото в сентябре 1931 года. Это вызвало массовый рост курса доллара.
  3. ФРС снова повысила процентные ставки, чтобы сохранить стоимость доллара. Это еще больше ограничивало доступность денег для бизнеса.Последовали новые банкротства.
  4. ФРС не увеличивала денежную массу для борьбы с дефляцией.
  5. Инвесторы сняли все свои депозиты из банков. Крах банков вызвал еще большую панику. ФРС проигнорировала тяжелое положение банков. Эта ситуация подорвала доверие потребителей к финансовым учреждениям. Большинство людей забирают свои деньги и кладут их под матрасы. Это еще больше уменьшило денежную массу.

ФРС не пустила в обращение достаточно денег, чтобы экономика снова заработала.Вместо этого ФРС позволила общему количеству долларов США упасть на треть. Более поздние исследования частично подтвердили оценку Бернанке.

Что положило конец Великой депрессии

В 1932 году страна избрала президентом Франклина Д. Рузвельта. Он пообещал разработать федеральные правительственные программы, чтобы положить конец Великой депрессии. В течение 100 дней он подписал Новый курс в качестве закона, создав 42 новых агентства на протяжении всего его существования. Они были разработаны для создания рабочих мест, создания профсоюзов и обеспечения страхование по безработице.Многие из этих программ все еще существуют. Они помогают сохранить экономику и предотвратить новую депрессию.

Многие утверждают, что Вторая мировая война, а не Новый курс, положила конец депрессии. Тем не менее, другие утверждают, что, если бы Рузвельт потратил на Новый курс столько же, сколько он потратил во время войны, это положило бы конец депрессии. За девять лет между запуском Нового курса и атакой на Перл-Харбор FDR увеличил долг на 3 миллиарда долларов. В 1942 году расходы на оборону увеличили долг на 23 миллиарда долларов.В 1943 году он добавил еще 64 миллиарда долларов.

Причины, по которым великая депрессия не может повториться

Хотя все возможно, это вряд ли повторится. Центральные банки всего мира, в том числе Федеральная резервная система, извлекли уроки из прошлого. Существуют более эффективные меры защиты от катастроф, а изменения в денежно-кредитной политике помогают управлять экономикой. Например, Великая рецессия оказала значительно меньшее влияние.

Но денежно-кредитная политика не может компенсировать налогово-бюджетную политику.Некоторые утверждают, что размер государственного долга США и дефицит текущего счета могут спровоцировать экономический кризис. Эксперты также предсказывают, что изменение климата может привести к серьезным убыткам.

Глубоко : Может ли снова случиться Великая депрессия? | Долг США по президенту | Хронология Великой депрессии

Великая депрессия [ushistory.org]

История Америки 1. Индейское общество накануне британской колонизации а. Разнообразие групп коренных американцев b.Анасази c. Алгонкские племена d. Племена ирокезов 2. Великобритания в Новом Свете а. Ранние предприятия терпят неудачу б. Акционерные общества c. Джеймстаунское поселение и «голодное время» d. Рост табачной торговли e. Война и мир с народом Поухатана f. Дом Burgesses 3. Колонии Новой Англии а. Mayflower и Плимутская колония b. Уильям Брэдфорд и первый День благодарения ок. Массачусетский залив - «Город на холме» d. Пуританская жизнь e.Несогласие в Массачусетском заливе f. Достижение Коннектикута g. Колдовство в Салеме 4. Средние колонии а. Новые Нидерланды в Нью-Йорк б. Квакеры в Пенсильвании и Нью-Джерси ок. Город братской любви - Филадельфия д. Идеи Бенджамина Франклина 5. Южные колонии а. Мэриленд - Католический эксперимент б. Обязанные слуги c. Создание Каролины d. Должники в Грузии e. Жизнь на юге плантации 6. Афроамериканцы в Британском Новом Свете a. Западноафриканское общество в точке соприкосновения с Европой b.«Средний проход» c. Рост рабства d. Рабская жизнь на ферме и в городе e. Свободные афроамериканцы в колониальную эпоху f. "Подчиненные коды" g. Новая афроамериканская культура 7. Начало революционного мышления а. Влияние Просвещения в Европе б. Великое пробуждение c. Суд над Джоном Питером Зенгером d. Контрабанда e. Традиция восстания f. "Что такое американец?" 8. Место Америки в глобальной борьбе а. Новая Франция б. Французско-индийская война c.Биография и опыт Джорджа Вашингтона d. Парижский мирный договор (1763 г.) и его влияние 9. События, приведшие к независимости а. Королевская прокламация 1763 г. б. Противоречие с Законом о гербовых марках c. Бостонские патриоты d. Акты Тауншенда e. Бостонская резня f. Закон о чае и чаепития g. Невыносимые деяния 10. E Pluribus Unum a. Закон о гербовых марках Конгресса b. Сыновья и дочери свободы c. Комитеты по переписке d. Первый Континентальный Конгресс e. Второй Континентальный Конгресс f.Здравый смысл Томаса Пейна g. Декларация независимости 11. Американская революция а. Сильные и слабые стороны Америки и Великобритании б. Лоялисты, сидящие за забором и патриоты c. Лексингтон и Конкорд д. Bunker Hill e. Революция в тылу f. Вашингтон в Вэлли-Фордж, г. Битва при Саратоге h. Французский альянс i. Йорктаун и Парижский договор 12. Влияние американской революции на общество а. Влияние рабства б. Революция в социальном праве c.Политический опыт d. «Республиканское материнство» 13. Когда закончится революция? а. Декларация независимости и ее наследие б. Опыт войны: солдаты, офицеры и гражданские лица c. Лоялисты d. Революционные изменения и ограничения: рабство e. Революционные изменения и ограничения: женщины f. Революционные ограничения: коренные американцы g. Революционные достижения: йомены и ремесленники h. Эпоха Атлантических революций 14. Установление правил а. Конституции штатов b. Статьи Конфедерации c.Оценка Конгресса d. Экономический кризис 1780-х годов 15. Составление Конституции а. Восстание Шейса б. Состав национальных суперзвезд c. Сложные вопросы d. Конституция через компромисс 16. Ратификация Конституции а. Федералисты б. Антифедералисты c. Процесс ратификации: государство за государством d. Постфактум: Вирджиния, Нью-Йорк и "Записки федералиста" e. Победа антифедералистов в поражении 17. Джордж Вашингтон а. Выросший в колониальной Вирджинии б. Сила личности и военное командование c.Первая администрация d. Прощальное обращение e. Маунт-Вернон и дилемма революционного рабовладельца 18. Нерешенные внутренние проблемы а. Билль о правах b. Финансовый план Гамильтона c. Растущая оппозиция d. Военное поражение США; Победа Индии на Западе e. Устойчивость и насилие коренных американцев на Западе 19. Политика в переходный период: общественный конфликт в 1790-х годах а. Трансатлантический кризис: Французская революция б. Переговоры со сверхдержавами c. Появляются две партии d.Президентство Адамса e. Акты об иностранцах и подстрекательстве f. Жизнь и времена Джона Адамса 20. Джефферсоновская Америка: вторая революция? а. Выборы 1800 г. Джефферсоновская идеология c. Расширение на запад: покупка Луизианы d. Новая национальная столица: Вашингтон, округ Колумбия e. Оплот федералистов: Верховный суд Джона Маршалла f. Восстание Габриэля: другой вид Вирджинии в 1800 году 21. Расширяющаяся республика и война 1812 года а. Важность Запада б. Исследование: Льюис и Кларк ок.Дипломатические вызовы в эпоху европейской войны d. Сопротивление коренных американцев на Западе Аппалачей e. Вторая война за независимость Америки f. Победа над поражением 22. Социальные изменения и национальное развитие а. Экономический рост и ранняя промышленная революция б. Хлопок и афроамериканская жизнь c. Религиозная трансформация и второе великое пробуждение d. Институционализация религиозных верований: благосклонная империя e. Новые роли белых женщин f. Раннее национальное искусство и культурная независимость 23.Политика и новая нация а. Эпоха хороших чувств и двухпартийности б. Расширение голосов: демократия белого человека c. Компромисс Миссури d. Выборы 1824 г. и «коррумпированная сделка» e. Джон Куинси Адамс ф. Джексоновская демократия и современная Америка 24. Эпоха Джексона а. Возвышение обычного человека б. Сильное президентство c. Противоречие Южной Каролины об отмене закона d. Война против банка e. Джексон против Клэя и Калхуна ф. След слез - индейские переселения 25.Подъем американской промышленности а. Эпоха каналов б. Ранние американские железные дороги c. Изобретатели и изобретения d. Первые американские фабрики e. Возникновение «женской сферы» ф. Ирландская и немецкая иммиграция 26. Взрыв новой мысли а. Религиозное возрождение б. Эксперименты с Утопией c. Права женщин d. Реформа тюрем и убежищ e. Художники школы реки Гудзон f. Трансцендентализм, американская философия 27. Своеобразный институт а. Коронация короля хлопка б. Рабская жизнь и рабские коды c.Плантации и рыцарство d. Бесплатные (?) Афроамериканцы e. Восстания на плантации и за ее пределами f. Южный аргумент в пользу рабства 28. Растут аболиционистские настроения a. Уильям Ллойд Гаррисон и Освободитель б. Афроамериканские аболиционисты c. Подземная железная дорога д. Гарриет Бичер-Стоу - Хижина дяди Тома 29. Явная судьба а. Одинокая Звездная Республика б. 54 ° 40 'или бой c. "Американская кровь на американской почве" d. Мексикано-американская война e. Золото Калифорнии 30.Непростой мир а. Положение Уилмота б. Народный суверенитет c. Три сенаторских гиганта: Клэй, Калхун и Вебстер d. Компромисс 1850 года 31. «Кровавый Канзас» а. Закон Канзаса-Небраски b. Пограничные хулиганы c. Мешок Лоуренса d. Резня в Поттаватоми-Крик e. Canefight! Престон Брукс и Чарльз Самнер 32. От непростого мира к ожесточенному конфликту а. Решение Дреда Скотта b. Дебаты Линкольна-Дугласа c. Рейд Джона Брауна d. Выборы 1860 г. e. Южный сектор 33.Разделенный дом а. Форт Самтер б. Сильные и слабые стороны: Север против Юга c. Первая кровь и ее последствия d. Священные верования e. Кровавый Антиетам ф. Генералов и солдат g. Геттисберг: высшая точка Конфедерации h. Планы Севера по окончанию войны i. Дорога к Аппоматтоксу 34. Тайная война а. Прокламация об освобождении б. Военная дипломатия c. Северный тыл д. Южный тыл e. Выборы 1864 г. ф. Убийство президента 35.Реконструкция а. Реконструкция президента б. Радикальная реконструкция c. Президенту объявлен импичмент d. Восстановление старого порядка 36. Позолоченный век а. Связывание нации железной дорогой б. Новые магнаты: Джон Д. Рокфеллер ок. Новые магнаты: Эндрю Карнеги д. Новые магнаты: Дж. Пирпонт Морган e. Новое отношение к богатству f. Политика позолоченного века 37. Организованный труд а. Великий переворот б. Труд против руководства c. Ранние национальные организации d. Американская федерация труда e.Юджин В. Дебс и американский социализм 38. Из деревни в город а. Очарование американских городов б. Изнанка городской жизни c. Наплыв иммигрантов d. Разгул коррупции e. Религиозное возрождение: «Социальное Евангелие» f. Художественные и литературные тенденции 39. Новые измерения в повседневной жизни а. Образование б. Спорт и отдых c. Женщины в позолоченном веке d. Викторианские ценности в новую эпоху e. Революция печати 40. Закрытие границ а. Резня в Сэнд-Крике б.Последний бой Кастера c. Конец сопротивления d. Жизнь в резервациях e. Резня Раненого Колена 41. Западные народные обычаи а. Горнодобывающий бум б. Пути ковбоя c. Жизнь на ферме d. Рост народничества e. Выборы 1896 года 42. Прогрессизм охватил нацию а. Корни движения б. Muckrakers c. Избирательное право женщин наконец d. Букер Т. Вашингтон e. В. Э. Б. Дюбуа 43. Прогрессисты в Белом доме а. Тедди Рузвельт: грубый всадник в Белом доме б.Разрушитель доверия c. Рука помощи для труда d. Сохранение дикой природы e. Передача Факела f. Выборы 1912 г. Новая свобода Вудро Вильсона 44. В поисках империи а. Раннее перемешивание b. Гавайская аннексия c. "Помните Мэн!" d. Испано-американская война и ее последствия e. Следствие Рузвельта и Латинская Америка f. Достижение Азии g. Панамский канал 45. Америка в Первой мировой войне а. Прощание с изоляцией б. Там c. Здесь d. Версальский договор и Лига Наций 46.Десятилетие, которое бурлило а. Эпоха автомобилей б. Борьба с «Демоном Ромом» c. Изобретение подростка d. Хлопушки e. Гарлемское Возрождение f. Потребительская экономика g. Radio Fever h. Причуды и герои 47. Старые ценности против новых ценностей а. Красная паника б. Испытание на обезьянах c. Нетерпимость d. Книги и фильмы e. Внутренняя и международная политика 48. Великая депрессия а. Обвал рынка б. Погружаясь все глубже и глубже: 1929-33 гг. Бонусный марш d. Последний бой Гувера e.Социальные и культурные последствия депрессии 49. Новый курс а. Банковский выходной b. Возвращение людей к работе c. Проблема земледелия d. Социальное обеспечение e. Алфавитный суп FDR f. Критики Рузвельта g. Оценка нового курса 50. Дорога к Перл-Харбору а. Изоляционизм 1930-х гг. Б. Реакция на беспокойный мир c. Начало войны d. Арсенал демократии e. Перл-Харбор 51. Америка во Второй мировой войне а. Стратегия военного времени b. Американский Homefront c. День «Д» и капитуляция Германии d.Война на Тихом океане e. Японско-американское интернирование f. Манхэттенский проект g. Решение сбросить бомбу 52. Послевоенные вызовы а. Начало холодной войны б. Организация Объединенных Наций c. Сдерживание и план Маршалла d. Берлинский воздушный мост и НАТО e. Корейская война f. Внутренние вызовы 53. 1950-е годы: счастливые дни а. Маккартизм б. Пригородный рост c. Страна телевидения d. Америка Рокс энд Роллс e. Холодная война продолжается f. Голоса против соответствия 54. Новое движение за гражданские права а.Больше не разделять? б. Роза Паркс и бойкот автобусов в Монтгомери c. Разборки в Литл-Роке d. Сидячие движения e. Выигрыши и боли f. Мартин Лютер Кинг мл. G. Долгое жаркое лето h. Малькольм Икс и нация ислама i. Сила черных 55. Вьетнамская война а. Раннее вовлечение b. Годы эскалации: 1965-68 c. Наступление Тет d. Антивоенное движение e. Годы ухода 56. Политика от Камелота до Уотергейта а. Выборы 1960 г. б. Новые рубежи Кеннеди c.Кеннеди глобальные вызовы d. Убийство Кеннеди e. «Великое общество» Линдона Джонсона ф. 1968: Год разгрома g. Треугольная дипломатия: США, СССР и Китай 57. Формирование новой Америки а. Современный феминизм б. Борьба за репродуктивные права c. Поправка о равных правах d. Роу против Уэйда и его последствия e. Реформа окружающей среды f. Другие требуют равенства g. Студенческий активизм h. Сила цветов 58. Время недомогания а. Отмена президента b. Болезненная экономика c.Иностранные беды d. В поисках себя e. Новые правые 59. Годы Рейгана а. «Утро в Америке» б. Рейганомика c. Внешние и внутренние связи d. Жизнь в 1980-е гг. E. Конец холодной войны 60. К новому тысячелетию а. Операция «Буря в пустыне» б. Бэби-бумер в Белом доме c. Республиканцы против демократов d. Жизнь в информационный век e. Конец американского века
Доротея Лэнг была нанята Управлением безопасности фермы, чтобы задокументировать депрессию через объектив камеры.На ее мрачных фотографиях запечатлено отчаяние той эпохи, о чем свидетельствует этот портрет 18-летней трудовой мигранты и ее ребенка.

«Как только я построил железную дорогу, я заставил ее работать.
Я заставил ее гоняться со временем.
Как только я построил железную дорогу, теперь все готово.
Брат, ты можешь сэкономить ни копейки?»

В конце 1920-х годов экономика Соединенных Штатов была самой крупной в мире. С разрушениями, нанесенными Первой мировой войной, европейцы боролись, а американцы процветали. Став президентом, Герберт Гувер предсказал, что Соединенные Штаты скоро увидят день, когда бедность будет ликвидирована.Затем, в момент очевидного триумфа, все развалилось. Обвал фондового рынка 1929 года вызвал цепочку событий, которые погрузили Соединенные Штаты в самый продолжительный и самый глубокий экономический кризис в их истории.


Девять тысяч банков обанкротились в течение нескольких месяцев после краха фондового рынка 1929 года.

Было бы слишком упрощенно рассматривать крах фондового рынка как единственную причину Великой депрессии. Здоровая экономика может оправиться от такого спада. Долгосрочные первопричины отправили нацию в нисходящую спираль отчаяния.Во-первых, американские фирмы заработали рекордные прибыли в течение 1920-х годов и реинвестировали большую часть этих средств в расширение. К 1929 году компании расширились до точки пузыря. Рабочие больше не могли поддерживать дальнейшее расширение, поэтому замедление роста было неизбежным. В то время как корпоративные прибыли стремительно росли, заработная плата постепенно увеличивалась, что увеличивало распределение богатства.

Один процент самых богатых американцев владел более чем третью всех американских активов. Такое богатство, сосредоточенное в руках немногих, ограничивает экономический рост.Богатые склонны откладывать деньги, которые можно было бы снова вложить в экономику, если бы они были распределены среди среднего и низшего классов. Американцы среднего класса уже расширили свои долговые возможности, покупая автомобили и бытовую технику в рассрочку.


Беспрецедентное процветание 1920-х годов внезапно прекратилось, Великая депрессия охватила нацию, и очереди за хлебом стали обычным явлением.

В американской экономической системе были фундаментальные структурные недостатки.Банки работали без гарантий для своих клиентов, создавая атмосферу паники в тяжелые времена. В отношении банков было введено мало правил, и они ссужали деньги тем, кто безрассудно спекулировал на акциях. Цены на сельскохозяйственную продукцию были низкими еще в 20-е годы прошлого века, поэтому фермеры не могли добиться какого-либо восстановления. Когда депрессия распространилась по Атлантике, европейцы стали покупать меньше американских товаров, что усугубило спад.

Когда президент Гувер был инаугурирован, американская экономика была карточным домиком.Будучи не в состоянии обеспечить должное облегчение в тяжелые времена, его популярность снижалась, поскольку все больше и больше американцев теряли работу. Его минималистский подход к государственному вмешательству мало повлиял. Экономика сокращалась с каждым годом его президентства. Поскольку американцы среднего класса стояли в тех же очередях за супом, которыми раньше пользовались только самые бедные нации, вся социальная ткань Америки была навсегда изменена.

"Брат, ты можешь сэкономить ни копейки?"

Обзор | Великая депрессия и Вторая мировая война, 1929-1945 гг. | U.S. Хронология первичного источника истории | Учебные материалы в Библиотеке Конгресса | Библиотека Конгресса

Жена мигранта, 1938 год
Управление безопасности фермы / Управление военной информации Черно-белые негативы

Широкое процветание 1920-х годов внезапно закончилось крахом фондового рынка в октябре 1929 года и последовавшей за ним великой экономической депрессией. Депрессия поставила под угрозу рабочие места, сбережения людей и даже их дома и фермы.В разгар депрессии более четверти американской рабочей силы не работало. Для многих американцев это были тяжелые времена.

Новый курс, как назывались первые два срока президентства Франклина Делано Рузвельта, стал временем надежд и оптимизма. Хотя экономическая депрессия продолжалась на протяжении всей эпохи Нового курса, самые темные часы отчаяния, казалось, прошли. Отчасти это было результатом самого Рузвельта. В своей первой инаугурационной речи Рузвельт заявил о своей «твердой уверенности в том, что единственное, чего мы должны бояться, - это самого страха - безымянного, необоснованного, неоправданного террора."Поскольку Рузвельт был руководителем, большинство американцев оказали ему большое доверие.

Экономические неурядицы 1930-х годов охватили весь мир. Экономическая нестабильность привела к политической нестабильности во многих частях мира. Политический хаос, в свою очередь, породил диктаторские режимы, такие как режим Адольфа Гитлера в Германии и военные в Японии. (Тоталитарные режимы в Советском Союзе и Италии предшествовали депрессии.) Эти режимы еще больше подтолкнули мир к войне в 1930-х годах.Когда мировая война наконец разразилась как в Европе, так и в Азии, Соединенные Штаты пытались избежать втягивания в конфликт. Но такая могущественная и влиятельная страна, как Соединенные Штаты, вряд ли могла надолго избегать вмешательства.

Когда Япония атаковала военно-морскую базу США в Перл-Харборе, Гавайи, 7 декабря 1941 года, Соединенные Штаты оказались в войне, которой они пытались избежать более двух лет. Мобилизация экономики для мировой войны наконец вылечила депрессию. Миллионы мужчин и женщин присоединились к вооруженным силам, и еще большее их число перешло на хорошо оплачиваемую работу в оборонной сфере.Вторая мировая война сильно повлияла на мир и Соединенные Штаты; он продолжает влиять на нас даже сегодня.

США не движутся к новой Великой депрессии

В эти трудные времена мы сделали ряд наших статей о коронавирусе бесплатными для всех читателей. Чтобы получать весь контент HBR по электронной почте, подпишитесь на рассылку Daily Alert.

Нет сомнений в том, что коронавирус вызывает макроэкономический кризис во всем мире.В США и других странах резкое сокращение рабочих мест, вероятно, приведет к снижению безработицы до уровней, невиданных со времен Великой депрессии. Фискальные усилия по сдерживанию кризиса приводят к тому, что дефицит достигает уровней, которые в последний раз наблюдались во время Второй мировой войны. Оба события вызвали опасения и комментарии о том, что кризис перерастает либо в депрессию, либо в долговой кризис.

Но не слишком ли рано для такого пессимизма? Интенсивность этого шока не подлежит сомнению - глубина и скорость падения производительности беспрецедентны и пугают.Коронавирус также оставит структурное макроэкономическое наследие, если экономики не вернутся полностью к своей старой траектории или темпам роста. Но от макроэкономического шока - даже серьезного - до структурного нарушения режима, такого как депрессия или долговой кризис, еще далеко.

Стабильность цен - это параметр, за которым нужно следить - это ключ к благоприятному макроэкономическому режиму. Такой прорыв, как депрессия или долговой кризис, отмечен переходом к крайней дефляции или инфляции, соответственно, и, таким образом, нарушением нормального функционирования экономики.За последние 30 лет экономика США пережила падающую, низкую и стабильную инфляцию, что, в свою очередь, привело к низким процентным ставкам, удлинению бизнес-циклов и высокой стоимости активов. Но если стабильность цен пошатнется, это будет иметь серьезные последствия для реальной и финансовой экономики.

Итак, насколько мы должны волноваться, зная это?

Четыре пути к разрушению структурного режима

Политика и политика - это то, что стоит между серьезным кризисом и разрушением структурного режима.Постоянно неадекватные ответные меры политики, коренящиеся либо в неспособности, либо в политическом нежелании, не могут остановить негативную траекторию кризисной экономики. Мы обозначили четыре пути, которые ведут к структурному разрушению режима, используя исторические примеры, чтобы проиллюстрировать каждый из них.

1. Ошибка политики

Первый путь к депрессии возникает, когда политики и политики концептуально пытаются диагностировать и устранять проблему. Великая депрессия - классический пример: это был эпический политический провал, который способствовал не только глубине кризиса, но также его продолжительности и наследственности.Были вовлечены два концептуальных недоразумения:

  • Ошибка денежно-кредитной политики и банковский кризис : Ограниченный надзор за банковской системой, жесткая денежно-кредитная политика и массовое изъятие банков привели к банкротству тысяч банков и огромным убыткам вкладчиков в период с 1929 по 1933 год. Разваливающаяся банковская система препятствовала потоку кредитов фирмам и домашним хозяйствам. Несмотря на то, что Федеральная резервная система была создана в 1913 году якобы для борьбы с такими кризисами, она стояла рядом с крахом банковской системы, полагая, что денежно-кредитная политика была легкой.На самом деле это было концептуальной ошибкой.
  • Ошибка фискальной политики и жесткая экономия : Политики также стояли в стороне и слишком долго наблюдали за истощением экономики. Новый курс пришел слишком поздно, чтобы предотвратить депрессию, и слишком мало, чтобы обратить вспять ее влияние. А когда в 1937-38 годах фискальная политика снова ужесточилась, экономика снова рухнула. В конце концов, Вторая мировая война окончательно положила конец Великой депрессии, резко увеличив совокупный спрос и даже вернув объем производства к докризисной тенденции.

Результатом этих политических ошибок стала серьезная дефляция (падение уровня цен) более чем на 20%. Это означало, что, хотя безработица находилась на очень высоком уровне, номинальная стоимость многих активов резко упала, в то время как реальное бремя большинства долгов резко возросло, в результате чего домашние хозяйства и фирмы изо всех сил пытались восстановить свое положение.

2. Политическая готовность

Второй путь от глубокого кризиса к депрессии происходит, когда экономический диагноз ясен и лекарства известны, но политики встают на пути решения.Это проблема готовности, а не понимания и мышления.

Чтобы проиллюстрировать этот риск, нам не нужно далеко смотреть: отсутствие политической воли привело экономику США к опасной дефляционной депрессии в 2008 году, когда Конгресс США не смог договориться о дальнейших действиях в условиях глобального финансового кризиса.

К концу 2008 года убытки банковского капитала нарастали, что привело к кредитному кризису, нанесшему ущерб экономике. В условиях шаткой банковской системы риск перехода к дефляционной депрессии был реальным, о чем свидетельствует падение инфляционных ожиданий в разгар кризиса.

Самый опасный момент наступил 29 сентября 2008 года, когда Палата представителей проголосовала против TARP, пакета спасения на 700 миллиардов долларов для рекапитализации (или спасения) банков. Последовавший за этим обвал рынка помог изменить политическую цену того, что стоит на пути TARP, и несколько дней спустя, 3 октября, законопроект был принят.

По сути, политическая готовность объединилась в последнюю минуту, чтобы предотвратить структурный сдвиг режима и сдержать структурное наследие U-образного шока.Хотя через несколько лет экономика США вернулась к темпам роста , , она так и не вернулась к докризисному уровню роста , траектория , которая является определением U-образного шока.

3. Зависимость от политики

Третий потенциальный путь от тяжелого кризиса к депрессии - это когда политики не имеют оперативной автономии, полномочий или финансовых ресурсов для действий. Это происходит в странах или территориях, в которых отсутствует денежный суверенитет или автономия центрального банка - другими словами, во время кризиса они не могут использовать центральный банк для обеспечения здорового кредитного потока, даже если их валюта стабильна.Внутренняя депрессия - дефляция цен и заработной платы - это единственный способ для таких экономик восстановить баланс и удовлетворить ограничения денежно-кредитной зависимости.

Возможно, лучшим примером такой зависимости являются отношения Греции с Европейским центральным банком в контексте мирового финансового кризиса. Не имея возможности использовать ЕЦБ для доступа к финансированию, Греции пришлось войти в депрессию, сопровождавшуюся серьезным дефляционным давлением.

4. Отклонение полиса

Четвертый путь отличается от предыдущих трех тем, что ведет к долговому кризису, а не к депрессии.В этом случае политики знают, что делать, у них есть политическая воля, но они не могут привлечь реальные ресурсы для чего-либо, поскольку рынки отвергают их действия. Этот путь отличается от трех других путей тем, что вместо дефляции он ведет к высокой инфляции.

Дополнительная литература

Подумайте об Аргентине в разные моменты времени, азиатском финансовом кризисе 1997 года, латиноамериканском долговом кризисе 1980-х годов и, в более далеком прошлом, Веймарской Германии: во всех этих случаях политики не могли мобилизовать реальные ресурсы для финансирования. свои расходы, потому что долговые и валютные рынки отвергают это.

При рассмотрении рисков долгового кризиса комментаторы слишком часто обращают внимание на уровень долга , уровень , но это неправильное понимание долговых кризисов. Они случаются - и не случаются - на всех уровнях отношения долга к ВВП. Другие факторы, в том числе закрепленные инфляционные ожидания, отрицательная корреляция между уровнем риска (когда риск повышается, ставки снижаются), мировой спрос на рассматриваемую валюту, а также разница между номинальными процентными ставками и темпами роста, - все это влияет на способность экономики финансировать само по себе больше, чем отношение долга к ВВП.

Почему США вряд ли будут направлены на прорыв структурного режима

Хотя путь от кризиса, в котором мы сейчас находимся, к депрессии или долговому кризису не невозможен, он нелегкий или естественный, если мы рассмотрим каждый из четырех путей применительно к текущей ситуации:

  • Ошибка политики - Политическая проблема коронавируса огромна, но то, что демонстрируется, прямо противоположно бездействию Великой депрессии. Что касается денежно-кредитной политики, первые признаки стресса в банковской системе - на рынках репо и коммерческих ценных бумаг - были встречены своевременными и значительными действиями денежно-кредитной политики.Что касается налогово-бюджетной сферы, то, безусловно, по стандартам Вашингтона, не потребовалось много времени, чтобы принять закон CARES на 2 триллиона долларов, чтобы предоставить средства для противодействия волне проблем с ликвидностью и капиталом для реальной экономики (домохозяйств и компаний). Помимо каких-либо конкретных политических действий, мы видим образ мышления, при котором лица, определяющие политику, будут продолжать использовать политические новшества в решении проблемы, пока что-то не застрянет - полная противоположность 1930-х годов.
  • Политическая готовность - Конечно, политический расчет может помешать предотвращению структурного распада, но это не очень правдоподобно, потому что политические издержки высоки.Безусловно, здесь есть два риска: 1) нежелание создать закон , возможно, из-за различий в анализе, убеждениях или догмах; и 2) отказ принять закон , потому что одна сторона видит большую политическую выгоду в препятствии. В то время как фиаско TARP напоминает нам, что оба риска реальны и их нельзя сбрасывать со счетов, кризисы, как правило, смазывают заключение сделок, а цена политического препятствия особенно высока, даже в год сверхпартийных выборов.
  • Зависимость от политики - Этот путь не применим в США из-за денежного суверенитета. Федеральная резервная система всегда будет содействовать налогово-бюджетной политике во время низкой и стабильной инфляции и здоровой валюты.
  • Отказ от политики - Долговой кризис кажется маловероятным для США: инфляционные ожидания очень хорошо закреплены (и, во всяком случае, слишком низки). Корреляция между ставкой и риском очень прочная, когда в периоды отсутствия риска (момент, когда инвесторы менее терпимы к риску и цены на рисковые активы, такие как акции, падают), цены на облигации растут (доходность падает).Статус резервной валюты доллара США глубоко укоренился, так как остальной мир должен хранить безопасные активы США (и не желает, чтобы их валюты повышались). А номинальные процентные ставки обычно ниже номинального роста (r - g <0). Все эти факторы создают благоприятные условия финансирования. Может ли коронавирус повредить всему этому и вызвать кризис, когда рынки откажутся покупать долги США? Это возможно, но очень неправдоподобно, и это будет долгий и болезненный процесс. Нарушение режима инфляции длится несколько лет.

Почему же тогда мы наблюдаем, как укрепляются страхи перед перерывом?

Мы думаем, что, по крайней мере, часть ответа - это чрезвычайная интенсивность шока, вызванного коронавирусом. Глубина и скорость сокращения объемов производства угрожают повлиять на восприятие и оценку рисков в других аспектах этого шока, таких как структурное наследие (форма восстановления) и риски нарушения структурного режима.

Хотя эти опасения понятны, аналитические ошибки, связанные с ними, могут иметь серьезные последствия с точки зрения создания ложных ожиданий и поощрения несоответствующих планов.Несколько принципов интеллектуальной дисциплины могут помочь лидерам избежать этих аналитических ловушек:

  • Остерегайтесь явных и неявных эквивалентов историческим событиям. При описании будущего помните об исторических ориентирах. Между тем, используя исторические эталоны, помните об их драйверах и актуальности для сегодняшнего дня.
  • Остерегайтесь отдельных точек данных и выводов, которые можно сделать из них. Есть ли мимолетное сходство или причинная эквивалентность? Записанные результаты в любом наборе данных всегда попадают в заголовки, особенно в финансовых и экономических отчетах, но общий контекст определяет их истинное значение.
  • Сделайте шаг назад, когда страх доминирует в мыслительном процессе и при экстраполяции событий высокой интенсивности. Даже худшее в одном измерении не означает худшее по по всем измерениям.
  • Знайте, что подразумевают ваши сценарии: Нарушение режима, вызванное депрессией, также означает крупномасштабную дефляцию. Нарушение режима долгового кризиса также означает слабую валюту и высокую инфляцию. Согласованы ли эти следственные условия и соответствуют ли они фактам?

Если наш контент поможет вам бороться с коронавирусом и другими проблемами, рассмотрите возможность подписки на HBR.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *